Книга Контроль над Эребом, страница 127 – Влада Ольховская

Только бы она смогла уйти…

С этой мыслью он отпустил контроль над телепатией, просто позволяя дару подчиниться инстинктам.

Перед глазами полыхнуло белым, мир как будто исчез на пару секунд. Шестой ничего толком не чувствовал, тело стало легким, почти невесомым… Он даже думал, что это смерть. Он был не против.

Но смерть не спешила его забирать – может, не наигралась еще, а может, брезговала. Он очнулся на полу в густом болоте своей и чужой крови. Рядом лежало замершее, несомненно мертвое тело одного из уродцев. В зале было тихо.

Шестой попытался подняться, почувствовал странную, болезненную легкость в левой части тела. Посмотрел туда, обнаружил, что его левой руки больше нет, есть только короткий обломок кости, торчащий из плеча. Но кровь уже почти не лилась – здоровье легионера делало свое дело, даже такого дефективного, как он.

Он сильно сомневался, что это могло его спасти. Его тело покрывали раны, самая глубокая обнаружилась на животе. При такой лучше не двигаться, чтобы внутренностей не лишиться. А он все равно двинулся, зажимая рану рукой. Шестому нужно было знать, как он выжил – и зачем. С таким следовало поторопиться, потому что очки он во время битвы потерял, и глаза уже зарастали бельмами, делая мир мутным, будто погруженным в густой туман.

Пошатываясь, он поднялся на ноги и обнаружил, что мутанты мертвы. Все до единого – и все умерли одинаково: никаких внешних повреждений, лишь потоки крови, льющиеся из глаз и ушей. Необратимые повреждения мозга, пусть даже примитивного. Смерть, пришедшая изнутри, результат мощнейшей телепатической атаки, на которую он вроде как не мог быть способен… и все равно был.

Вот только атака помогла слишком поздно. Шестой понял это, обнаружив, что на ногах остался только он один.

Пятая к этому моменту была мертва. Ее убили по-звериному, чтобы сожрать, и в этом преуспели – она от ужаса толком не сопротивлялась. Шестой лишь надеялся, что ее смерть была быстрой, она не успела почувствовать все, что с ней стало. Но о ней он особо не думал, его по-настоящему интересовала вторая девушка.

Эви все еще была жива – даже при том, что ее травмы оказались куда страшнее, чем у Пятой. Просто ей достался огромный потенциал, который однажды мог возвысить ее, Шестой давно подозревал в ней это. Но теперь все сорвалось, уникальные способности лишь продляли ее агонию, пути назад не было. Существа уничтожили почти всю нижнюю половину тела Эви, сломали позвоночник, сорвали часть мышц с лица и выбили глаз. Ей при таком лучше было бы умереть, а она дышала…

Шестой кое-как добрался до нее, упал рядом с ней на колени. Мысли стали медленными, вязкими, заглушающими любые чувства. Пожалуй, это сейчас было единственным способом не сойти с ума. Он знал, что оба они умрут сегодня, все равно умрут, потому что он опоздал… Чтобы хоть как-то искупить свою вину, Шестой сосредоточился – и принял боль Эви на себя. Страдания ее искалеченного тела. Чудовищный, непередаваемый страх перед смертью, когда счастливая жизнь была так близко, обещала так много… Он теперь нес этот груз, а Эви осталось лишь спокойствие.

Это помогло: она открыла единственный уцелевший глаз и даже улыбнулась, показывая, что зубов тоже сохранилось немного. Но Эви этого не чувствовала, она подняла окровавленную руку, чтобы коснуться лица Шестого.