Книга Контроль над Эребом, страница 52 – Влада Ольховская

— Да как-то не планировал…

Пациенты не обращали на них внимания, как горожане не обращают внимания на заглянувших к ним туристов. Это позволяло Кигану рассматривать их чуть ли не в упор, надеясь, что проблема решится сама собой… Не решилась. Он понятия не имел, кто из этой толпы может иметь хоть какое-то отношение к Альде. Похоже, придется все-таки пробиваться к компьютеру – или надеяться, что Триан додумается до чего-нибудь еще.

Киган как раз размышлял об этом, когда они добрались до сада – удивительно красивого, полного живых растений. Насыщенная зелень невольно притягивала взгляд, словно неожиданный привет из далекого дома. С потолка лилось сияние, имитирующее солнечный свет. Звучало птичье пение, хотя птиц электрокинетик не видел.

В саду было спокойно и свежо, такое место должно было привлекать немало пациентов, но зеленые аллеи почему-то пустовали.

— Мы зашли на закрытую территорию? – насторожился Киган.

Когда незваных гостей уводят подальше от посторонних глаз, ничего хорошего это не сулит. Возможно, все предыдущее радушие Амоса было лишь игрой, успешно усыпившей бдительность электрокинетика, а вот теперь придется за все заплатить! Киган напрягся, призывая силу, чтобы немедленно атаковать…

Но атаковать не пришлось. Амос раздраженно закатил глаза и проворчал себе под нос:

— Она опять это делает!

— Что, простите?

— Понимаете, в большинстве своем наши пациенты забывают о печальном прошлом и живут вполне мирной жизнью. Но бывают те, кому криминальные пристрастия милее. Поскольку жертв здесь нет, они отыгрываются на соседях, заставляя их выполнять определенные приказы – вроде освобождения от своего присутствия сада. Я давно говорил доктору Филе, что эти королевские замашки нужно пресекать, но она все никак не выработает соответствующие программы!

Похоже, Амос снова сказал ему правду. Пройдя чуть дальше по аллее, Киган увидел на белом плетеном лежаке одного-единственного пациента – женщину, просматривавшую что-то на планшете. Она услышала его приближение, не испугалась, но приподнялась на локтях, чтобы взглянуть, кто же решил составить ей компанию.

В этот момент взгляд Кигана встретился с прекрасно знакомыми ему желтыми глазами – глазами Альды Мазарин.

Умирать в космосе оказалось очень страшно. Ты кричишь – но крик захлебывается, остается внутри крошечного корабля. Внешняя тишина даже неспособна поглотить его, и он вьется водоворотом в твоей будущей гробнице. Ты видишь снаружи бесконечность – и она давит, заставляет ощутить собственную уязвимость, почти никчемность. Ты понимаешь, что в мире остались люди, способные тебя спасти, желающие тебя спасти. Но они сейчас так далеко, что расстояние это больше, чем жизнь.

Спасательные капсулы такого типа заставляли выживших надеяться на судьбу. Может, механик уровня Кигана и смог бы перенастроить их на хоть какое-то подобие ручного управления. Но у Альды и шанса не было. Она попробовала повозиться с настройками, только чтобы отвлечься, не принимать безысходность собственного положения чуть дольше. Но в итоге ей пришлось признать, что неуклюжей попыткой взлома системы она лишь испортит корабль и сделает свою смерть неминуемой.

Обычный человек мог продержаться в капсуле до семи дней. Солдат специального корпуса – чуть дольше, и блокатор на эту часть способностей Альды как раз не влиял. Она сразу же перевела капсулу в режим экономии энергии, она получала меньше воздуха и меньше тепла, но ей было достаточно.