Книга Чёрный Город, страница 47 – Влада Ольховская

— С ним что-то не так, великая Жрица… Я знаю, что это звучит жалко, как нечто личное, просто… Я чувствую это!

— Не зря. С ним действительно что-то не так.

— Что?.. В смысле, вы знаете это, но позволяете ему жить?

— Ну да, – кивнула Геката. – То, что с ним не так, не делает его угрозой Черному Городу. Это делает его интересным. Все, иди, я устала быть доброй!

Цедлиц не осмелилась испытывать судьбу, она просто удрала. Будь она чуть глупее, ее и правда стоило бы убрать из Черного Города. Однако то, что она сочла Вергера подозрительным, было, как ни странно, не недостатком, а преимуществом. Инстинкты у дознавательницы неплохие, она просто не разобралась с ними, да и вряд ли уже разберется. Геката решила, что рекомендует оставить ее на должности младшего специалиста, но с запретом на повышение.

Марк Вергер и правда не нормален, но с преступлениями, произошедшими в Объекте, это не связано. Цедлиц попросту не сумела осознать, что он социопат.

Геката бросила быстрый взгляд на мужчину, идущего рядом с ней, и усмехнулась. Кровь инсектоида на нем уже почти засохла, выглядел он жутко, даже патрульные то и дело шарахались от него, но он не обращал на это внимания. Причем совершенно искренне, ему не требовались для этого особые усилия. И то, что сама Жрица идет рядом с ним и молчит, на него не давило. Если изначально Геката и сомневалась в своих выводах, то теперь утвердилась окончательно.

Все знания, что у нее были, остались еще с давних времен, до Первой Перезагрузки. Дальше эту тему толком и не изучали, но Гекате хватало того, что есть. Неверно предполагать, что все социопаты – преступники и уж тем более убийцы. Превращение в преступника требует определенных действий. Социопатия как таковая – просто психическое расстройство. С учетом судьбы, которая постигла мать Вергера, он к подобному генетически склонен, и все же он не унаследовал именно недуг Алисы Вергер, у него что-то другое. Его мать была буйной, а он как раз способен на весьма ограниченный спектр эмоций.

Социопаты не теряют интеллект, напротив, им зачастую достаются выдающиеся умственные способности. А вот чего они толком не умеют, так это строить связи с другими людьми, потому как эмпатия почти нулевая. Некоторые и эмоции испытывают только в экстремальных и извращенных обстоятельствах, да и то очень скромное количество, только самые простые.

Но у Марка Вергера не настолько запущенный случай. Геката уже видела, что в детстве он и вовсе проявлял умеренно активную эмоциональность: он действительно заботился о матери, он завел друзей. Теперь же его болезнь прогрессировала, и можно считать, что в тридцать пять лет она достигла финальной стадии, меньше он чувствовать уже не будет, больше – вряд ли. При нынешнем раскладе он представляет собой очень редкого зверя, этим он и заинтриговал Гекату.

Он не лишен эмоций окончательно, иначе он не был бы расстроен смертью друга… да и от друзей бы давно избавился. При этом он или почти не боится, или подавляет страх даже в ситуациях, которые угрожают его жизни. И, вероятнее всего, он намного умнее, чем показали тесты…

Все это лишь обстоятельства. Геката еще не придумала, что делать с ним дальше. Она не сомневалась лишь в одном: он не шпион, которого они ищут. У социопатов нет потребности ни в богатстве, ни в престиже, ни в славе, которые могли наобещать шпиону, и он достаточно умен, чтобы понять – риск не стоит награды, которую ему посулили непонятно когда. Он бы не пошел на такую сделку. А Цедлиц на нем зациклилась, потому что он напугал тетку немигающим взглядом и монотонной, как у компьютера, речью.