Онлайн книга «Продавец игрушек»
|
Ответа нет. Но это нормально… Страшно – и нормально. Объекты слишком далеко, Мастеров Контроля поблизости нет… Значит, нужно добраться до них. Он вваливается в один из транспортов, которые использовал продавец игрушек, кое-как доползает до панели управления, заводит мотор. Машина реагирует, просит координаты, но никаких подходящих координат Ховакан не помнит, поэтому – только вперед. Динамики шипят, выплевывают в салон знакомый голос: — Бесполезно. Смирись – и тебе будет легче. — Пошел нахрен, – отзывается Ховакан, хотя микрофон выключен. Он продолжает звать. Машина срывается с места и несется в ночь, в темноту, не рассеянную ничем, навстречу рокочущей грозе… У Ховакана даже нет сил смотреть в окно, тело болит, и боль эта нарастает, отнимая у него остатки рассудка. Она становится такой сильной, что хочется просто биться лбом о металлическую стену в попытке все поскорее завершить. Ховакан не может даже объяснить, почему не поддается, почему продолжает звать… Первое время продавец игрушек не делает ничего, все ждет, когда смерть наконец заберет упрямую жертву. Но она не торопится, и ему приходится вмешаться. Что-то бьет по транспорту, сильно, звучит взрыв, он подлетает в воздух, кружится, ломая деревья на своем пути, бросает Ховакана на внутренние стены, и на них остаются лоскуты обожженной кожи. Боль становится такой сильной, что Ховакан не выдерживает – никто бы не выдержал. Он теряет сознание, но ненадолго. Когда он приходит в себя, вокруг него все еще ночь, холодная, дождливая… Транспорт дымится рядом, не горит, потому что ливень не позволяет. Внутри Ховакан мог бы задохнуться, но повезло – его выкинуло наружу. Или не повезло? Он обожжен, переломан, в коже осколки… Дождь чуть притупляет боль, до конца убрать не может. Она все равно сводит с ума, а Ховакан продолжает с ней спорить, ползет вперед, как гигантское искалеченное насекомое, ищет границу, за которой его услышат, все зовет, зовет… А потом понимает, что надежды нет, да и не было никогда. Проблема не в расстоянии. Волны просто не существует, потому что продавец игрушек заглушил ее так, как глушил собственный сигнал. Все это время Ховакан кричал в пустоту, и даже если бы другие Мастера Контроля находились в двух шагах от него, они бы все равно его не услышали. Это понимание приносит право сдаться. Хотя такое право было у него уже давно… Но он продолжает кричать в пустоту. Как последний дурак… Зачем? Да просто потому, что у него нет другого способа сказать миру: я есть. Я все еще здесь! А когда я умру, я все равно буду иметь значение, потому что я был… Чистое, глупое упрямство человека, который никогда себя не жалел и всегда сражался до конца, вдруг приносит плоды. Ховакан уже не надеется на ответ – и неожиданно его получает. Этот ответ заглушен помехами, которые создает продавец игрушек, непонятен, но… Он есть! Ховакан больше не один в свои последние минуты, он получил возможность доказать свое существование тем, кому суждено остаться в этом мире. Он понятия не имеет, кто его услышал. Возможно, продавец игрушек, и все это часть какого-то темного плана… Не важно уже. Ховакан передает незнакомцу все, что может, все, чем он был… Что-то сожрут помехи, но что-то будет услышано. А потом время заканчивается. Ховакан улыбается, поворачиваясь на спину, позволяет тугим струям дождя гладить кожу прохладой… Чистый дождь, без кислоты, без яда. Хоть в чем-то повезло. |