Книга Карантин, страница 55 – Влада Ольховская

Такого не ожидал никто. Офицеры и напарник Гаетано беспомощно замерли, пытаясь понять, что происходит. Геката это как раз понимала, и, если бы она стояла достаточно близко, эти его беговые упражнения закончились бы, едва начавшись. Увы, обстоятельства сыграли против нее: лейтенант находился на другом конце просторного зала для досмотра грузовиков, на пути стояли роботы-погрузчики. Геката все равно бросилась в погоню мгновенно, но когда она добралась до двери, через которую удрал Гаетано, его уже не было поблизости.

Не важно. Она могла отыскать его – по шагам, по запаху, по грохоту испуганного сердца. «Догонялки» Гекату раздражали, но они же помогали ей: теперь не придется тратить время на вежливую часть допроса. А еще она успела почувствовать, что лейтенант – человек, не какой-нибудь робот-двойник, подменивший настоящего военного. Получается, очередной предатель… А их жалеть не надо.

Однако оказалось, что Гаетано и сам не собирался себя жалеть. Он не пытался убежать от Воплощения, Геката нашла его очень скоро, он свернул в соседний зал. Ну а там располагалась большая утилизационная печь, предназначенная для уничтожения любых форм жизни, пробравшихся из пустошей. Обычно в просторной бочкообразной камере оказывались шипящие мутанты или безмолвные паразиты, бросавшиеся на прозрачное наблюдательное окошко металлического люка. Теперь там замер человек в военной форме.

Геката просто не успела ничего сделать. Лейтенант запустил программу сразу же, как только вошел в комнату. У него оставалось секунды три, чтобы скользнуть в люк, с этим он справился. Дальше замок заблокировался – и в печь хлынуло пламя, могучее, всепоглощающее, уничтожающее Гамри Гаетано, который теперь метался по камере с криками, надежно заглушенными изоляцией.

Минута – и нет никакого хорошего лейтенанта, служившего Черному Городу много лет. Есть только прах на раскаленном металле… И есть разговоры о предательстве за спиной у Гекаты. Это болтают только-только подоспевшие офицеры. Они ничего не знали, не подозревали, не верили, и теперь они чувствуют себя обманутыми, они прячут горечь и обиду за оскорблениями.

Какой подонок.

Слишком быстрая смерть, всего-то пару секунд помучался!

Ну, хоть не ушел безнаказанным…

Но они добрались слишком поздно, когда он уже горел. Геката стала единственной, кто успел заглянуть в печь за миг до того, как вспыхнуло пламя, единственной, кто видел глаза Гаетано перед смертью…

И лишь она могла сказать: он был совсем не тем, за кого его все сейчас приняли.

Зо́ран Ла́зик никогда не хотел становиться Мастером Контроля, и во всю эту историю он вляпался по глупости. Ну сколько там лет ему было, когда ему подсунули первый тест? Семь, восемь? Он просто хотел снова стать лучшим, зная, что это порадует маму и бабушку. Он даже не догадывался, что это определит всю его дальнейшую жизнь.

Уже когда он попал в военную академию, многие курсанты рассказывали об ужасах дороги и опасностях жизни в дальних Объектах. Зоран слушал это, как страшную сказку, замирал, страдальчески морщился, порой даже мучился от ночных кошмаров – он всегда был впечатлительным. И все же в глубине души он долгое время не мог поверить, что мир бывает еще и таким.

Потому что его личный мир оказался куда более приятным и безопасным. Испытание дорогой познала только его бабушка – и даже она была тогда маленькой девочкой, от которой ничего не зависело. Ее родные защищали ее, кормили, не давали уйти с охраняемой территории, позже построили для нее дом, в котором всегда было уютно и тепло. Ее мать приучила ее спать в специальной повязке, закрывающей глаза и уши, поэтому, даже если на лагерь беженцев нападали, девочка могла благополучно это все не заметить.