Книга И гаснет свет, страница 72 – Влада Ольховская

Хотя, глядя на него, сложно было предположить, что он отличается таким терпением. Макс был нервным, дерганым, необъяснимо стремительным в движениях. Он даже сидеть спокойно не мог, все время ерзал, оглядывался по сторонам. Доступная ему мимика была ограничена, из-за этого казалось, что он поддался непрекращающемуся нервному тику. Он то повышал голос без причины, то смеялся невпопад. Рассмотреть его глаза издалека было невозможно, но Оля подозревала, что зрачки у него вполне могут оказаться расширены. А может, он просто такой… навсегда измененный годами экспериментов над собой.

На такого и смотреть не хотелось, не то что подходить к нему. Оля легко представила, как он налетает на нее сзади, сталкивает с лестницы, улыбается, глядя на расползающиеся пятна крови… Она не вспомнила это, просто вообразила, но получилось так точно, что желание осталось лишь одно: развернуться и уйти.

Но она себе не позволила. Потому что даже общаться с Максом не так страшно, как знать, что он где-то за спиной.

Поэтому она подошла ближе – в компании Энлэя, и это чуть упрощало ее задачу.

— Здравствуйте, – кивнула пациенту Оля. – Меня зовут Ольга Герасимова, я новый сотрудник отдела международных отношений.

— Мне-то что? – хмыкнул Макс. – Я местный!

— Понимаю. Просто сейчас я на вынужденном больничном, поэтому стараюсь познакомиться с людьми, которые живут в клинике.

Она вытянула вперед загипсованную руку, намекая, чем именно вызван больничный. Макс неожиданно шарахнулся от нее так, будто она собиралась его ударить. Он быстро успокоился, заставил себя замереть, и все же в его спокойствии чувствовалось усилие. Энлэй сказал верно: актер из этого типа был никудышний.

— Что, прямо группой будем знакомиться? – ухмыльнулся Макс, обнажая жутковатые темно-желтые зубы. – Такого давненько не было! Хотя не могу сказать, что никогда.

— Мы уже беседовали раньше, – напомнил Энлэй.

— Не помню. Разве это важно? Чего вы от меня хотите?

— Узнать, чем вы живете тут, чем занимаетесь, – дружелюбно пояснила Оля.

— Чем занимаюсь? Ну, преимущественно пытаюсь не сдохнуть – то от лечения, то от скуки. То еще местечко! Но и болтать я не люблю, так что если собираетесь предложить что-то дельное – предлагайте. Если нет – можете смело валить с уверенностью, что мы познакомились.

Он вел себя предсказуемо – как наркоман с расшатанной психикой. Но Оля не могла упустить тот факт, что он то и дело косился на ее сломанную руку, чуть реже – на ссадину, алеющую на лбу. Казалось, что это зрелище завораживает его – может, как его собственное творение?

Оля перехватила очередной его взгляд и постучала пальцами здоровой руки по гипсу.

— Печально, да? Это на лестнице произошло, тут недалеко. Вы ведь тоже часто ею пользуетесь?

— Не так уж часто. – Макс поспешно отвел взгляд, оттянул одну из резинок на руке и отпустил, позволяя со щелчком ударить по коже. – Не помню, когда последний раз был там.

— В тот же день, когда упала Ольга, – подсказал Энлэй. – Вас там видели.

— Что? Это кто меня там видеть мог – она, что ли?

От возмущения Макс даже не стал отрицать, что действительно там был. Он разозлился – быстро, так, как злятся обычно от страха.

Это могло оказать положительный эффект, подтолкнуть его к откровенности – если бы они сумели продолжить разговор. Однако у них появилась компания.