Книга Последний день осени, страница 107 – Влада Ольховская

Не бояться Женя не могла, но старалась успокоиться. Костя был уже в неплохом состоянии, когда их разлучили, не критичном так точно, он сможет справиться.

Но это при условии, что речь действительно идет о каком-то психе, оказавшемся в больнице случайно. А если нет? Очень уж вовремя он появился: только против Жени сняли обвинения – и вот ее брат в опасности! В последнее время произошло так много, что она перестала верить в совпадения.

Она не могла допустить, чтобы Костя остался наедине с этим сумасшедшим. Поэтому с эвакуированными она не задержалась и никому объявлять о своем решении не стала. Женя прекрасно знала, что тогда ее попытаются остановить, начнут рассказывать об угрозе ее жизни… Они все равно не поймут, что если случится худшее, она никогда себя не простит и жить по-настоящему не сможет.

Эвакуированные стояли внутри оцепления, просто чуть в стороне, и это помогло. Полиция следила за ними не так пристально, как за зеваками, никому и в голову не могло прийти, что люди, едва успевшие спастись, добровольно подставятся под удар. Поэтому Жене без особых проблем удалось подобраться к дальней части здания.

Внутрь она попала через подвал. Она еще раньше заметила, что дверь там днем постоянно приоткрыта. Судя по всему, с замком были проблемы, а этот проход часто использовали для выхода на перекур. Чтобы дверь не захлопнулась, в светлое время суток ее подпирали небольшим колышком. Распахнутой она не оставалась, со стороны дверь выглядела скорее закрытой, и нужно было специально присматриваться, чтобы заметить небольшую щель. Но Женя в свое время присмотрелась.

В подвале она не задержалась, сразу двинулась наверх, к лестнице, ведущей к палатам. Женя не собиралась искать психа по всей больнице, это была не ее работа. Ей нужно было попасть наверх, к палате младшего брата, и убедиться, что с ним все в порядке.

Жаль, что никакого «в порядке» не было.

Женя услышала грохот почти сразу, еще с лестницы. Она надеялась, что это эхо, что ей просто чудится, – и напрасно. Шум доносился с того этажа, на котором располагалась палата Кости. И не дикие крики сумасшедшего, о которых говорила медсестра, а равномерные удары. Кто-то бился в дверь всем телом… Хотя понятно кто!

Нападавший преуспел до того, как Женя добралась до коридора. Девушка услышала треск ломающегося дерева – похоже, дверь слетела с петель. Почти сразу после этого прозвучал голос Кости:

— Ты еще кто такой?!

Но ему не ответили. Тот, кто вломился в его палату, не говорить пришел.

На этом этаже было много палат. Некоторые пустовали, некоторые были закрыты. Однако псих выбрал именно палату Кости, потратил немало сил, чтобы прорваться туда… Впрочем, какой он псих? Наемник, Женя уже не сомневалась в этом.

Она теперь спешила, не думая об опасности, и все равно сама себе казалась раздражающе медленной. Она должна была успеть: раз она пробралась сюда, именно сегодня… разве она не заслужила награду? Но оказалось, что то ли глобальной справедливости не было вообще, то ли она доставалась не всем.

Костя сопротивлялся сколько мог, но что был способен сделать шестнадцатилетний мальчик, едва восстановившийся после серьезного избиения? Когда Женя ворвалась в палату, ее брат уже замер на полу в расползающейся луже крови. Наемник стоял над ним… Все-таки наемник. Когда он взглянул на нее, Женя увидела, что глаза у него вовсе не звериные. Холодный взгляд профессионала, как она и ожидала.