Книга Последний день осени, страница 37 – Влада Ольховская

— Сам ты бездарность! – вспыхнула Александрина.

А вот Люда и бровью не повела.

— Да, примерно так.

— Но у вас же ни черта не получится! Нет никаких доказательств!

— Есть наши селфи – они давно уже в сети.

— И что? Ты там лыбишься от уха до уха!

— Это было до того кошмара, который меня ожидал. А ты уже все спланировал и начал меня лапать.

— Я обнимаю тебя за плечи! Это не считается изнасилованием!

— Это первое прикосновение. Ну а дальше было такое, что и вспоминать страшно… Я не сопротивлялась, потому что впала в ступор, я не ожидала такого от своего друга. Но ты не остановился, ты продолжал, издевался надо мной, мне было так больно и стыдно…

Она не просто говорила об этом – она играла. Голос Люды уже дрожал, на глаза навернулись слезы. Она была великолепна; если бы Костя не знал правду, он бы и сам поверил, что эта девушка недавно пережила тяжелую моральную травму. Вот только восхищаться ее талантом не хотелось.

— Это же просто голословные обвинения, твое слово против моего…

— Но мое слово прозвучит убедительней. – Люда небрежно смахнула слезы с ресниц. – Короче, сваливай сам. У меня уже три гарантии того, что ты проиграешь.

— Это какие же?

— У меня есть какие-никакие, а доказательства. Фотки. Показания свидетелей. Если надо, моя сестра подтвердит, что сквозь сон слышала крики.

— Она валялась там в состоянии бревна!

— Но судья-то этого не знает, – ухмыльнулась Александрина.

— Вторая причина – ты сорвешься, будешь нервничать, – продолжила Люда. – Ты в таких делах лох полный. Ты даже не догадался включить диктофон, когда стало ясно, что мы тебя разводим! Сейчас можешь не возиться, я за тобой слежу, сунешь руку в карман – и я тут же замолчу.

Мир искажался и трескался, голова шла кругом. Женя ведь предупреждала его, что не нужно туда ехать… Но откуда он мог знать? Кто бы догадался на его месте?

Он был счастлив той ночью – не только из-за того, что Люда рядом, конечно, но из-за этого тоже. Он думал, что знает ее. В одном она точно права: таких лохов еще поискать!

— Ну а третья причина какая? – спросил он. Голос каким-то чудом прозвучал ровно.

— Никто в таких случаях не верит парням, – слабо улыбнулась Люда. – Попробуй поставить слова жертвы под сомнение – и тебя просто уничтожат. Требовать доказательства преступно. Я ведь такая девочка-тростинка, а ты такой огромный… Конечно, ты мог это сделать. Значит, ты это сделал.

— Но все было не так!

— А будет именно так, Костик. Смирись. Какое бы решение ты ни принял, ты уже проиграл нам.

Когда Валера хотел отличиться и героически всех победить, он становился более настойчивым, чем лесной слепень. Нужно отметить, что желание это пробуждалось в нем исключительно при гарантии, что сам Валера не пострадает, не будет унижен и не окажется в опасности. Вот тогда он готов был действовать, снисходительно поучая всех, кто под руку попадется.

Теперь таким трамплином для подвигов представлялась ему история с машиной, чуть не сбившей Женю. Того, что Женя написала заявление в полицию, ему показалось недостаточно.

— Ну кого там полиция когда искала? – посмеивался он. – Да они только тем и занимаются, что придумывают отписки от таких заявлений, как твое! Ты вообще уверена, что тебя пытались сбить? Может, просто вильнули резко в сторону, а ты испугалась?