Книга Каменные цветы, страница 31 – Влада Ольховская

Эта идея пришла легко — и стала последней. После нее дело просто застопорилось, в голове была пустота, в которой мелькали лишь образы украшений, придуманных раньше и другими. Лана не сразу испугалась, решила, что просто работала слишком много, ушла пораньше, наконец-то отоспалась. Это должно было помочь — но не помогло.

На следующий день ей не стало проще, и еще через один… Скорее, наоборот: становилось хуже, потому что она осознавала свое поражение в гонке со временем. Мимо нее пролетали драгоценные сутки, а она все сидела над пустым листом. Вот уже и Павел закончил работу над ожерельем из нарциссов, она смогла коснуться кончиками пальцев гладких пластин цитрина… Это ее не вдохновило. Казалось, что удивительное ожерелье создала не она, а кто-то другой, что она на такое не способна.

Заслуженные похвалы быстро иссякли, начались вопросы. И от Ардена, и от Лаврентьева. Вроде и вежливые вопросы, спокойные, но в каждом Лане слышался упрек. Она хотела бы сказать, что все хорошо, что уже вот-вот… Это были пустые слова, ничего не значащие.

Паника нарастала, и на четвертый день такого простоя Лана не смогла пойти на работу. Не смогла и все, хотя понимала, насколько это глупо. Лане казалось, что все уже кончено, проект сорван — и на этот раз оправданий просто нет. Ей нужно было взять себя в руки и все исправить, пока не поздно, а она не могла, ее трясло, как только она делала шаг за порог.

Конечно же, ей почти сразу стали звонить. Лаврентьев, его секретарь, мастера, с которыми она работала… Лана никому не ответила, она отключила телефон. Она представляла, как они обсуждают ее, громыхают, проклинают. Она заслужила, это понятно, но сил услышать правду все равно не было. Она осознавала, что прячется от проблем слишком буквально — под одеялом, как ребенок. И все же перебороть себя она не могла, дома, по крайней мере, можно было плакать, от этого становилось чуть легче.

Лана понимала, что просто так ее в покое не оставят, слишком уж большие деньги были вовлечены в этот проект. Она даже не удивилась, когда во второй половине дня раздался звонок в дверь. Но и открывать она не собиралась, она, по-прежнему завернутая в одеяло, на цыпочках прокралась в коридор, чтобы выглянуть в «глазок». Лана планировала притворяться, что ее нет дома, кто бы ни пришел.

Однако очень быстро выяснилось, что она не ко всем вариантам готова. Она предполагала, что к ней пришлют секретаря — милую дипломатичную женщину, которая будет приманивать ее пряником. Или что явится разгневанный Лаврентьев, который лично начнет размахивать кнутом. Или что придет Арден, у которого был и кнут, и пряник, но все это он мог использовать самым непредсказуемым способом.

Кого она точно не ожидала увидеть, так это Павла Романова. Он и из своей норы в «Русской легенде» выходил крайне редко, да и то в основном когда никого не было рядом! С Ланой он и вовсе не разговаривал после той случайной встречи в коридоре, выполнял заказы и все. Поэтому его визит стал вдвойне необъяснимым.

И все же Павел был там — стоял перед ее дверью, сумрачная фигура в черных джинсах и темной толстовке с капюшоном.

— Я слышал, как вы к двери подошли, — предупредил он. — Так что сразу скажите, если планируете изображать отсутствие. Я хоть время терять не буду.