Книга Одна идеальная пара, страница 67 – Рут Уэйр

Когда мы отсмотрели все, Камилла выключила запись, погасила экран и снова повернулась лицом к участникам. Солнце садилось, по краям площадки зажглись фонари, и стало видно, что все очень устали, проголодались и серьезно напились. Участники были не то чтобы раздраженными от утомления, но, так сказать, находились несколько на взводе. Дэн, казалось, все еще сердился после истории с определением времени по стрелкам часов. Байер, который допустил несколько глупых ошибок, отвечая на вопросы об Энджеле, в том числе заявив, что ее самым большим секретом является операция по увеличению груди, был мрачен. В свете фонарей я ясно видела, что в воздухе становится все больше бабочек и москитов. Почувствовав, как какое-то насекомое село мне на руку, я стряхнула его и порадовалась тому, что нанесла на кожу не только крем, имитирующий загар, но и репеллент.

— А теперь… – сказала Камилла, – наступает момент истины. – Какая из пар действительно хорошо знает друг друга, а в какой партнеры являются безнадежной загадкой друг для друга? И наконец… – последовала драматическая пауза. – В какой из пар, находящихся на острове, партнеры в самом деле наилучшим образом подходят друг другу?

Все вокруг надолго замолчали. Я отчетливо слышала стрекотание сверчков в кронах деревьев, а вдали – крики какой-то птицы или, может быть, обезьяны.

— Самую высокую оценку за ответы про партнера получила… – Новая пауза – Камилла старательно нагнетала напряжение, пока все вокруг, казалось, не дошли до такого состояния, что вот-вот готовы были завопить от нервного возбуждения… – Лайла!

Все сидящие за столом отчетливо ахнули – может быть, потому, что они слышали, как Нико проваливал ответ за ответом. Нико же самодовольно сиял.

— Поздравляю, Лайла! – воскликнула Камилла. – Вы в самом деле очень хорошо знаете своего партнера. Его сердце – для вас открытая книга.

Я понятия не имела, что мне делать в такой ситуации. Объективы камер были направлены на мое лицо, так что я не нашла ничего лучше, как, моргнув, сказать:

— О, э-э, благодарю вас. – И тут же практически рефлекторно добавить: – Я люблю тебя, Нико.

— И я тебя люблю, детка! – отозвался с другого конца стола мой бойфренд и сложил пальцы сердечком.

— Но! – Камилла, оказывается, не закончила, и все быстро умолкли, ожидая, что еще она скажет. – Тот, кто ответил на вопросы о своем партнере хуже всех, – это… – Снова надолго воцарилась тишина, еще на более долгий срок, чем в первом случае. На этот раз Камилла растянула ее до, казалось, невозможных пределов. Я услышала, как на противоположной стороне стола из чьей-то груди вырвался стон. Еще я увидела, как Байер, уронив голову на руки, ненароком ударился лбом о столешницу, что выглядело как жест настоящего отчаяния. – …это был… – снова заговорила Камилла и, наконец, вывела нас из ступора, назвав имя: – Нико.

За столом опять раздались ахи и охи, и я осознала, что один из них издала я сама. Я знала, что Нико отвечал на вопросы плохо. Но, выходит, он делал это хуже всех? Наши отношения продолжались немногим больше двух лет. Понятно, что все это время я все же проявляла внимание и осторожность, стараясь скрыть какие-то вещи о себе, которые мне не хотелось раскрывать.

Но какое это имело значение для шоу? Неужели Нико…