Книга Книжный клуб на острове смерти, страница 90 – Виктория Дауд

— Я подумала, это нечто вроде киноа или… какого-нибудь булгура. Ну, знаете, хипстерские штучки.

Все предпочли промолчать.

— Нам необходимо добыть себе пищу!

Спир выглядел до странности воодушевленным. Впрочем, оно и понятно. Как специалист по выживанию, он столкнулся с ситуацией, требующей его умений и навыков, так что, наверное, в глубине души испытывал волнение. Так волнуется врач, который лечит своего первого пациента. И, к сожалению, опасения о фатальном исходе напрашивались сами собой.

— Нужно выйти и осмотреть остров. Вдруг найдется… еще выживший. – Судя по тону, Спир сам в это не верил. Мы не сводили с него внимательных взглядов. – Или мы раздобудем что-нибудь съедобное. Ищите все, что море выбросило на берег, вдруг попадется что-то полезное. И помните, это не учебная тренировка. – Похоже, Спир уже начинал получать удовольствие от своей роли. – Хватит сидеть сложа руки и ждать смерти. Возьмем остров за яйца!

Мистер Перезвон подошел ближе и уселся у ног Спира, выжидающе глядя вверх. Спир опасливо посмотрел на собаку, потом обвел взглядом наши полные надежды лица.

— В общем, берем любые яйца? – Тетя Шарлотта изобразила соответствующий жест.

Мама хлопнула ее по рукам. Бутылконос улыбнулся ей чересчур влажными губами. Мама с отвращением отстранилась.

В результате кошмарной процедуры, напоминающей отбор в школьную команду по нетболу, мы разделились на группы. Спир возглавил нашу маленькую компанию, в которую, кроме меня, входили мама, тетя Шарлотта и Мирабель, то есть, Смарты – «не слишком блещущие умом», как любезно окрестила нас Бриджет. Бутылконосу, Джесс и самой Бриджет с Мистером Перезвоном предстояло остаться.

При выходе я обернулась. Наши компаньоны застыли перед домом, слегка напоминая актеров из «Скуби-Ду», которых вдруг задержали и выстроили в одну линию для опознания.

Остальные целеустремленно отправились в путь, сопровождаемые жалобами тетушки Шарлотты на костные мозоли.

Слои серых облаков, наползая друг на друга, походили на безукоризненную рыбью чешую. Отбрасываемые ими темные тени отражались на поверхности моря. Тусклый свет едва ли походил на дневной, и складывалось впечатление, что после рассвета практически сразу наступили сумерки. Впрочем, в приглушенных цветах острова таилась некая безмятежность, казавшаяся почти правильной, а еще простота, дарившая незнакомое ранее чувство покоя.

Холодный ветерок немного облегчил пульсирующую головную боль. В терпком воздухе ощущалась некая энергия, находящая отклик в белопенных шапках волн. И все же отдаленность этого края, его оторванность от мира внушали страх, вызывая мысли о нешуточной опасности.

Ввиду отсутствия тропинок мы решили обойти остров вдоль береговой линии, а потому двигались по краю пляжа, пробираясь через дюны и заросли высокой травы. С каждым шагом, уводящим дальше от дома, все сильней начинало казаться, что мы затерялись посреди дикой, беспощадной, необитаемой земли.

По мере продвижения вперед наша целеустремленность довольно быстро начала ослабевать. Мы погрузились в беспокойное молчание и, глядя вокруг, мрачно созерцали неоспоримую красоту окружающей природы. У самой кромки берега бушевало море, вдали дерзко вздымались пики соседних островов. С каждым шагом я все сильнее ощущала, что наше появление здесь – всего лишь незначительный фрагмент в истории острова. Клубы тумана, будто серая вода, стекали вниз по холмам. Из-за темных теней на песке почти невозможно было различить, где кончается суша и начинается вода.