Книга Дом у кладбища, страница 94 – Марико Коикэ

Когда Мисао рассказала Теппею о странном переживании Эйко на днях – о том, что она услышала, или подумала, что услышала, как люди разговаривают по ту сторону стены, – он был на грани того, чтобы закричать: «Ладно, хватит! С меня хватит. Я объявляю постоянный мораторий на разговоры о чем-либо, имеющем отношение к этому дурацкому подвалу, начиная с этого момента». Это был первый раз со дня их свадьбы, когда он был близок к тому, чтобы повысить голос на Мисао, по любой причине.

Мисао явно боялась подвала, и она ни разу не отважилась спуститься туда после несчастного случая с Тамао. У нее был дар рационально все обдумывать, и она также была удивительно искусна в проявлении самоконтроля; казалось, эти способности просто пришли к ней естественным образом. Даже когда Рэйко покончила с собой, Мисао сумела преодолеть это разрушительное событие достойным восхищения и даже героическим образом. Действительно, часть Теппея верила, что поддержка Мисао была главной причиной, по которой он смог зайти так далеко. Это просто было на нее не похоже – так волноваться из-за чего-то столь безобидного, как подвал; это было похоже на то, как если бы она попала под влияние одной из тех сверхъестественно-мистических телевизионных драм и до абсурда волновалась из-за пустяков. Теппей пытался быть терпеливым, но ему становилось все труднее терпеть одержимость своей жены подвалом.

Вот он я, – думал он. – день за днем, когда другие пассажиры толкают меня в поезде в час пик утром и вечером, чтобы я мог сражаться на своем рабочем месте, которое представляет собой водоворот порочности, покрытый ядовитой смесью цинизма, сарказма и ложной гордости. Я целыми днями пишу статьи, которые, по сути, пытаются продать уксус под видом вина (или, как гласит старая китайская поговорка, выдать собачатину за баранину), и я полностью замешан в сокрытии убожества, которое скрывается под корпоративной маской, потому что мне нужно приносить домой бекон каждую неделю. Со всем, с чем мне приходится сталкиваться в реальном мире, неужели Мисао действительно думает, что я присоединюсь к ней в вере во всякую оккультную чушь и буду держать ее за руку, пока мы оба дрожим от страха перед большим плохим подвалом? Вряд ли!

Голос Суэо вернул Теппея к реальности.

«Дело в том, что мы хотели вас кое о чем спросить, – сказал тот, понижая голос и придвигаясь ближе. – Мы хотели спросить, не могли бы вы спуститься с нами в подвал – предпочтительно сегодня вечером или когда это будет удобно, – чтобы провести небольшую разведку».

«Разведка?» – Теппей все еще был немного сбит с толку своей внутренней тирадой.

Мицуэ громко рассмеялась.

«Мой муж слишком робок, чтобы спуститься туда снова одному или даже со мной, – объяснила она. – Он просто большой старый трусливый кот. Поэтому я сказала ему, что он должен попросить мистера Кано поехать с нами, но ему было неудобно просить кого-либо из вас».

Теппей нахмурился:

«Что бы вы искали?»

«Ну, в том-то и дело… у меня нет ничего конкретного на уме, – признался Суэо, почесывая свою бугристую лысеющую голову так, что немногие оставшиеся волосы слегка колыхнулись, словно их шевелил легкий ветерок. – Просто ваша дочь получила там травму, и меня беспокоит мысль, что мы могли проглядеть что-то опасное в подвале».