Книга Любовь и птеродактили, страница 26 – Елена Логунова

— Блондинка как-то иначе выразилась, по всей видимости, непечатно, Жора благородно воздержался от точного цитирования. – Я тоже усмехнулась. – В инструкторе она не нуждалась, сказала – ее мужчина сам кого хочешь научит, а Жорины расценки сочла грабительскими и заявила, что на Авито купит все в три раза дешевле.

— Авито – вещь! – авторитетно подтвердил Эмма. – Как мы там рояль и шкаф продали, помните? Дрова дровами – а ушли со свистом!

— Похоже, блондинка тоже успешно воспользовалась этим сайтом, потому что к Жоре за снаряжением она больше не приходила, – кивнула я и торопливо захрустела барабулькой, заметив, что ее как-то мало осталось. Пока я говорила, Витька, который Эмма, слушал да ел!

— Эм. – Петрик хотел почесать в затылке, но вовремя сообразил, что жирными руками не стоит. – Это поучительная история, но к чему она нам?

— Мням, мням.

— Прости, бусинка, я не понял?

— Следи за логикой. – Я махнула рыбешкой, как волшебной палочкой. – Жора – это тот длинноволосый парень, который громко талдычил: «А я говорил! А я предупреждал!» Помнишь, когда мы вернулись на пляж?

— Так, и?

— Предупреждал-то он как раз ту блондинку! Мол, зря вы, девушка, на дайверской снаряге экономите и от инструктора отказываетесь, сильно рискуете, не кончится это ничем хорошим!

— И-и-и?

— И ведь не кончилось! – напомнила я, уже немного сердясь. Ну, нельзя же, в самом деле, так тупить! – Один наш знакомый в акваланге и без инструктора сегодня взял – и утонул!

— О! – первым осенило Эмму. Все-таки он мой кровный родич, а гены – великая вещь. – А кто видел новую жену Афанасьева, она случайно не красавица-блондинка?

— Вот! – все той же барабулькой, нет, уже рыбьим скелетиком, я указала на братца. – Устами младенца глаголет истина!

— Пусть лучше глаголит, чем ест, нам барабульки почти не досталось, – проворчал обиженный Петрик.

— Еще рыбки? – Волшебным образом у стола возник Покровский в длинном фартуке и с новым полным блюдом.

— И хлеба, – попросил Эмма.

— И зрелищ, – съязвил Петрик.

— Нет, вот зрелищ мне на сегодня достаточно, – не согласилась я. – Чего не хватает, так это информации. Артур, присядь, а? Хватит уже кухарить, присоединяйся к нам. Посидим, поболтаем, ты нам расскажешь про Афанасьева – вы же когда-то дружили.

— Правильнее сказать, какое-то время мы довольно близко общались. – Покровский снял фартук, повесил его на спинку стула и сел за стол. – Виктор подвизался в пищевой промышленности, я ресторатор – у нас были общие интересы.

— До тех пор, пока этот противный Виктор не попытался украсть у тебя шикарный фирменный рецепт, – напомнил Петрик, сразу показывая, на чьей он стороне.

— После этого мы не общались, – подтвердил ресторатор, признательно погладив нашего дарлинга по руке.

— То есть вы не контактировали примерно с полгода, правильно? – уточнила я. – Но до этого ты знал Афанасьева неплохо. Он увлекался подводным плаванием?

— Не помню такого. – Немного подумав, Покровский помотал головой. – Но море он любил, это правда. Мы пару раз гостили целой компанией у него в летнем доме под Дивноморском, и любители порыбачить выходили в море на катере Виктора, причем он сам был за рулем…

— Руль у трактора, у катера – штурвал! – важно объявил Эмма с узнаваемыми интонациями лысого Роберта.