Онлайн книга «Семнадцать провалов весны»
|
Ей хотелось коршуном броситься на эту роскошь, схватить ее в охапку и мерить, мерить, мерить… Но она придала своему лицу выражение пресыщенной скуки и медленно, неторопливо приблизилась к стойкам, двумя пальчиками прикоснулась к дивному платью из лиловой органзы на темной подкладке. В глаза бросился розовый ценник – восемьсот пятьдесят у. е. Лиза сняла платье со стойки, прихватила чудесный пиджак от Армани, еще одно платье, костюм… — Девушка, это очень дорогие вещи, – сквозь зубы проговорила продавщица, неслышно приблизившись и окинув Лизу презрительным взглядом. — Других я не ношу, – отшила ее Лиза. – Надеюсь, вы принимаете карточки «Виза»? — Разумеется, – продавщица немного сбавила тон. Канарейкина любовно прижала к себе охапку одежды и великосветской походкой удалилась в примерочную. — «Виза»! – вполголоса передразнила ее продавщица, подойдя к охраннику Константину. – Ведь все равно ни черта не купит! Ты видел, какой на ней свитер? Наверняка на рынке покупала! — Ты за ней присматривай, Танька, – посоветовал охранник. – В прошлый вторник одна набрала одежды и срезала пуговицы с «Прадо», а там каждая по пятьдесят баксов… Гена клялся с девчонок высчитать! — Что ты! – ужаснулась продавщица. – Хорошо не моя смена была! В магазин вошла полная шатенка средних лет, довольно дорого, но безвкусно одетая. Продавщица посмотрела сквозь нее, как сквозь прозрачный предмет. Женщинам старше тридцати лет в ее мире просто не было места. — А ты знаешь, что Марго замуж выходит? – сообщил хорошо информированный Константин. — Да ты что! – поразилась продавщица. – Быть не может! Вот нахалка, и ведь даже не намекнула! А за кого? Лиза Канарейкина оглядела выбранную одежду и даже облизнулась, предвкушая удовольствие. С чего начать? С лилового платья или с терракотового костюма? Пожалуй, с платья, это сразу создаст в душе ощущение праздника… Но сначала – снять свою ужасную, дешевую одежду! Эту лягушачью кожу, которая превращает ее в ничтожество, в пустое место! Лиза потянула через голову свой серенький китайский свитер и на какое-то время ослепла. Поэтому она не заметила, как занавеска примерочной кабинки отодвинулась и показалась полная рука в старомодной тонкой перчатке. Рука сжимала серебристый баллончик с надписью на каком-то восточном языке. С легким шипением из баллончика вырвалась струя бесцветной жидкости, и рука в перчатке исчезла. Лиза отложила свитер и потянулась за платьем. И тут же из ее горла вырвался крик ужаса. Платье, дивное платье стоимостью восемьсот пятьдесят у. е. на самом видном месте было разъедено какой-то кислотой или щелочью. На лиловой ткани красовалась огромная дыра с неровными рваными краями. Услышав истошный крик, к кабинке бросилась продавщица. Она отдернула занавеску, посмотрела… и вцепилась в волосы Канарейкиной. — Что ты сделала, зараза? Террористка чертова! — Да я к этому платью и не притронулась, – попыталась защищаться Лиза. – Даже пальцем не прикоснулась! — К платью? – повторила продавщица. – А к костюму? А к пиджаку? Да ты, мерзавка, полмагазина нам испоганила! Лиза проследила за ее взглядом и чуть не грохнулась в обморок, оценив подлинный масштаб катастрофы. Точно так же, как платье из органзы, были безнадежно испорчены и все остальные выбранные ею вещи. У пиджака от Армани была сожжена вся левая пола, второе платье превратилось в грязную авоську. Чуть меньше пострадал терракотовый костюм, но и у него не было половины рукава. |