Онлайн книга «Приятных кошмаров»
|
— Отдал один такой! – лениво отмахнулась от него Зинка. — А хочешь – я на тебе женюсь? – пустил мужичок в ход неожиданное предложение. — Как это? – Зинка удивленно уставилась на него. – Ты ведь женатый! Ты ведь с Ксенией Петровной сколько лет живешь? — Это неважно! Ксения – грубая женщина! Маркиз понял, что аборигены живут чрезвычайно интересной и насыщенной жизнью и ни за что не обратят на него внимания, и сам сделал первый ход: — Алло, девушка, у вас там написано над входом, что вы двадцать четыре часа в сутки кормите симпатичных проезжих горячими бутербродами! Это правда или пустые угрозы? — Чего? – откликнулась Зинаида. – Сейчас, вы же видите – мы с человеком разговариваем. И снова повернулась к своему нетрезвому собеседнику: — Ну ты чего – правда, что ли, с Ксенией разводишься? Ну ладно, вот тебе десятка! С этими словами она запустила руку к себе за декольте и выудила оттуда мятую купюру. Мужичок горящим взором следил за десяткой, а продавщица задумчиво мяла ее в руке – видимо, в ее душе юная доверчивость боролась со зрелым практицизмом. — А скажите, – предпринял Маркиз новую попытку привлечь к себе внимание тружеников прилавка и общепита, – тут в начале апреля на шоссе авария была, на повороте две машины столкнулись, вы случайно ничего не видали? — Да на этом повороте все время бьются, – отозвался долговязый продавец, – было что-то и в апреле, менты потом заходили, грелись. Один мужик начисто сгорел, в угольки. Ну, нам-то что, нам-то глазеть некогда, мы тут работаем! Нетрезвый мужичок выхватил у зазевавшейся Зинаиды десятку, немедленно утратил к девице всяческий интерес и повернулся к Маркизу, в лице которого увидел новые обнадеживающие перспективы и шанс неожиданно обогатиться: — Слышь, мужик, ты их не спрашивай, ты меня спрашивай! Я тебе все расскажу! Я тут завсегда в наличии, и ежели что – тут как тут! Маркиз повернулся к неожиданному информатору. В лице небритого мужика была та характерная болезненная горячность, отдаленно напоминающая религиозный фанатизм, которая выдает в небритом русском человеке, вольготно живущем от Сахалина до Калининграда, а то и до самого Нью-Йорка, острое желание немедленно выпить. Леня хорошо знал это специфическое выражение лица и отлично понимал, что человек с таким лицом охотно и моментально выложит слушателю все, что угодно, от собственных детских воспоминаний до планов секретного завода по производству стратегической карамели «Подушечка плодово-ягодная», но в то же время доверять этой информации ни в коем случае нельзя, потому как память у такого человека не годится ни к черту, а фантазия, наоборот, доходит до двенадцати баллов по десятибалльной шкале. — Слышь, мужик, – продолжал абориген наступление, – у тебя пятьдесят рублей, наверное, есть. Мне очень срочно нужно пятьдесят рублей. Жене, понимаешь, на лекарство. — Ксении Петровне? – ехидно уточнил Маркиз. – Это которая очень грубая женщина? Это было большой ошибкой. Глаза небритого аборигена налились мутной кровью, и он угрожающе придвинулся к Маркизу, дыша на него застарелым сельскохозяйственным перегаром. — Ты, блин, откуда Ксению знаешь? Ты ваще кто такой? Я тебя первый раз в жизни вижу, а ты, блин, к моей Ксении подкатываешься? Ходют тут, понимаешь, городские… |