Книга Конкурс киллеров. Красота спасет мымр, страница 192 – Елена Логунова

— Наверху штормит, отсидимся пока в глубине! – скороговоркой сказал компаньону сантехник Виталик, вновь заныривая в люк и конспиративно затягивая его линолеумом.

Спешно обирая с губ куски гипса, в комнате добрая женщина Таня вызывала по телефону «Скорую», страшно раздражая дежурную своей скверной дикцией и отсутствием достоверной информации о личности нуждающейся в помощи старушки.

Степа Потапов, двадцатичетырехлетний предприимчивый малый с незаконченным средним техническим образованием, посмотрел на «сталинский» домик с одним подъездом на все три этажа и облизнулся, как кот при виде миски домашней сметаны сорокапроцентной жирности. Войдя в подъезд, он посмотрел на часы, выяснил, что до назначенной встречи осталось еще пять минут, и от нечего делать заглянул в почтовый ящик. Вместо нормальной почты там обнаружились залежи рекламных проспектов и бесплатных газет, из чего Степа сделал вывод, что в квартире никто не живет. Иначе жильцы выгребали бы из своего ящика наслоения пустых бумажек, не так ли?

Степа довольно улыбнулся и держал улыбку еще четыре минуты. В начале пятой он резко изменил выражение лица, изобразив деловитую озабоченность, и целеустремленно зашагал по ступенькам к двери нужной квартиры. Там разогнавшемуся Степе пришлось притормозить, чтобы поискать электрический звонок. Не обнаружив такового, Степа постучал кулаком, и дверь неожиданно открылась сама собой.

— Здравствуйте! – произнес Степа тем специальным голосом Очень Хорошего Мальчика, который применял только в особо важных случаях, вроде выразительной декламации новогоднего стишка в обмен на подарочек от Дедушки Мороза. – Можно войти?

Никто не сказал «нет», и Степа вошел.

— Блин, офигели, что ли! Ноги же можно переломать! – едва не ухнув с порога в яму, вскричал он совсем другим – трамвайно-троллейбусным голосом, которым обычно скандалил с кондукторшами, особо настырно требующими плату за проезд.

На это хамское заявление тоже никто не ответил. Прикусив язык, Степа бочком обошел яму, вдвинулся в комнату и увидел на полу два тела, чинно лежащие рядком. Тихо присвистнув, Степа наклонился над почивающими бок о бок бабой Глашей и Иваном Трофимовичем и убедился в том, что они живы, но находятся в глубоком ауте. Причем причину ухода в затемнение плотника Степа легко определил по исходящему от Ивана Трофимовича аромату медицинского спирта.

— Дедка за рюмку, бабка за дедку! – пробормотал Степа, распрямляя спину и окидывая комнату зорким взглядом мародера.

Помещение было практическии пустым и казалось совершенно свободным от материальных ценностей. Дверь в смежную комнату, где эти самые ценности вполне могли находиться, оказалась запертой на ключ. Степа мягким шагом прошел в кухню и с прищуром поглядел на плотно закрытые дверцы шкафа под потолком.

Природа наградила Степана Потапова гренадерским ростом в один метр девяносто восемь сантиметров, благодаря чему в родительской квартире-«хрущовке» молодой человек производил замену перегоревших электрических лампочек без использования каких-либо подножных средств вроде лесенки или табуретки. В этой квартире потолки были повыше, но, поднявшись на цыпочки, Степа без особого труда дотянулся до шпингалета, запиравшего дверцы шкафчика.

— Але-гоп! – голосом циркового фокусника произнес Степа.