Книга Конкурс киллеров. Красота спасет мымр, страница 193 – Елена Логунова

Шпингалет щелкнул, дверцы открылись. Степа слегка подпрыгнул, чтобы заглянуть в глубь антресолей, и в этот момент свернувшийся калачиком плиточник Василий, подсознательно уловив возможность принять более удобную позу, рывком распрямил затекшие ноги.

Поскольку с утра Василий имел намерение заниматься бетонными работами, обулся он сообразно планам и условиям труда – в грубые водонепроницаемые сапоги с металлическими подковками.

Двойной удар этой тяжелой спецобуви пришелся Степе прямо в лицо. Сбитый на лету, Степан опрокинулся на спину, и тут же вдогонку за ним с антресолей по параболе вылетела катапультированная беспокойным плиточником чугунная кочерга. С точностью, способной посрамить магнитную торпеду, она тюкнула Степу по лбу, отскочив, стукнула о доски пола, и в квартире снова стало тихо.

В ванной комнате штукатур Таня, ожесточенно ведущая поиск собственного лица под чужеродными наслоениями гипса, перестала тереть переднюю часть головы, точно кошка, страдающая конъюнктивитом, и замерла с мокрым полотенцем в руках.

— Что, очнулись? – приоткрыв дверь, крикнула она и, не дождавшись ответа, вышла из ванной.

Сразу же выяснилось, что никто не очнулся, совсем наоборот: оказалось, что на полу в кухне лежит еще одно бесчувственное тело, а из шкафа под потолком торчат здоровенные сапоги, явно содержащие далее чьи-то ноги. Причем эти конечности также не реагировали на внешние раздражители, из чего слегка обалдевшая Таня сделала вывод, что одной вызванной ею бригады «Скорой помощи», пожалуй, будет маловато, потому что носилок для выноса тел понадобится не менее четырех.

— У вас там что, эпидемия? – сердито спросила дежурная, приняв повторный вызов по тому же адресу.

— У нас катастрофа, – мрачно ответила Таня, созерцая свое пугающее отражение в зеркале над телефоном.

Первая «Скорая» примчалась через восемь с половиной минут, вторая – через десять, пропустив вперед только машину спасателей. Последовательность появления спецэкипажей сложилась сама собой, но оказалась правильной. Когда врач той «Скорой», что финишировала первым номером, быстрым шагом встревоженного Айболита вошел в квартиру, его с готовностью приняла в себя яма имени плотника Ивана Трофимовича. Яма была открытой, таким же получился и перелом ноги излишне торопливого медика. Подоспевшие спасатели извлекли матерящегося эскулапа из недр прихожей, своими силами оказали ему первую медицинскую помощь, после чего под белы рученьки подвели охромевшего доктора к лежачим больным в комнате и отправились спасать из плена антресолей мертвецки пьяного плиточника Василия.

Узник шкафа оказал спасателям пассивное сопротивление, выразившееся в непреодолимом заклинивании невидимых снаружи частей его организма в антресольной теснине. Элементарно выдернуть Василия за ноги не удалось, спасателям пришлось выковыривать его из шкафа, как устрицу из раковины. Мертвецки пьяная устрица протестующе пищала и обильно капала спиртом.

Переломанный доктор тем временем поочередно осмотрел Ивана Трофимовича, бабу Глашу и Степу Потапова, которого штукатур Таня в ожидании прибытия «Скорой» волоком перетащила в комнату. Все трое пострадавших лежали на полу навытяжку, как созревающие огурцы на грядке, и имели соответствующий бледно-зеленый вид.