Книга Напиток мексиканских богов. Звезда курятника, страница 176 – Елена Логунова

— Раз, два, взяли!

Ирка вздернула свой конец стремянки, я – свой, и мы потащились дальше. Внесли лестницу во двор, обогнули дом – и тут передовой отряд в лице Ирки едва не столкнулся с рыщущим по двору Коляном.

— Куда вы пропали? – набросился на нас мой муж. – Мы вас ищем, ищем!

С крыльца, освещенного электрической лампой над входом, к нам спустился Моржик.

— Мы гуляли с собакой, – сделав невинное лицо, сказала я.

— И с лестницей? – заметил Колян.

— Лестница-то вам зачем понадобилась? – спросил Моржик. – Вы куда-то залезали?

— На дерево, – брякнула Ирка.

— На какое дерево? – удивился Моржик. – Кажется, сезон сбора урожая еще очень не скоро?

Вот незадача-то, что же нам понадобилось на дереве? Груши-яблоки будут только осенью… Я посмотрела в сад. На персиковых и абрикосовых деревьях уже появилась завязь, но вишня была еще в цвету.

— Мы залезали на вишню, – вдохновенно соврала я. – Смотрели на вишневый цвет! Правда, Ирка?

Чтобы не отвечать, подруга поспешно кинула в рот подушечку жвачки и демонстративно зачавкала.

— А зачем смотреть на вишневый цвет? – недоуменно нахмурился Колян.

— И этот человек рассказывает мне о философии дао! – в притворном негодовании вскричала я. – Да что ты вообще знаешь о культуре народов Азии? Ведь японцы ходят смотреть на сакуру, как мы раньше на первомайскую демонстрацию, – семьями, группами и целыми трудовыми коллективами! А сакура, чтоб ты знал, это и есть цветущая вишня!

— А японцы тоже ходят с лестницами? – заинтересовался Моржик.

— Ну, что вы привязались к этой лестнице?! – рассердилась я. – Та сакура, на которую мы ходили смотреть, очень высокая, с земли в потемках цветов почти не видно, потому-то мы и взяли с собой стремянку!

— И фонарик, – зачем-то добавила Ирка, выплюнувшая свой «Орбит».

— Ничего не понимаю, – честно признался Моржик. – А не проще было посмотреть на цветущую вишню в нашем саду? И ходить далеко не надо, и стремянка не нужна, деревцу всего четыре года!

Я посмотрела на подругу и развела руками. Все, моя фантазия иссякла!

— Нет, наше дерево не годится, – приняла эстафету Ирка. – Я с него еще хочу вишен поесть! Мы ходили к бесхозному дереву на пустующем участке, потому что не только смотрели на вишневый цвет, но и собирали его.

— Зачем?! – воскликнул Колян, и я с трудом удержалась, чтобы не спросить то же самое.

— А вот это наша маленькая женская тайна, – с достоинством сообщила Ирка.

За спинами вытаращившихся на нее мужиков я показала подруге большой палец. Все, считай, отмазались!

— Тогда скажи, где же то, что вы собрали? – не в меру любопытный Колян зашел с другого фланга. – Где ваш вишневый цвет?

— Вот привязался! – рявкнула на него Ирка. – Ну, сожрали мы его! И не спрашивай, зачем, я тебе ничего не скажу! Если тебе это так интересно, спрашивай у своей жены!

— Зараза ты, Ирка! – зло прошептала я.

Теперь Колян от меня не отвяжется, лучше сразу придумать какую-нибудь отговорку.

— Дело в том, что свежий вишневый цвет, если съесть его прямо с дерева, прекрасно успокаивает нервную систему, – сочинила я. – Думаете, почему японцы такие улыбчивые и приветливые? Они в сезон вишневого цветения до отвала наедаются сакуры в собственном соку и потом целый год ходят спокойные, как танки!

— Танки – это, кажется, такие японские стихи? – некстати вспомнил Моржик. – Что-то вроде: «Ползет улитка по склону горы. Вниз, вниз… Шмяк!»