Книга Напиток мексиканских богов. Звезда курятника, страница 177 – Елена Логунова

— «Тихо, тихо ползи, улитка, по склону Фудзи. Вверх, до самых высот!» – поправил его начитанный Колян.

— Почти то же самое, – пожал плечами Моржик.

— Давайте продолжим разговор о поэзии в помещении? – зябко поежившись, предложила Ирка.

Мужики быстренько отволокли стремянку в сарай, и мы вошли в дом. Ирка предложила заварить чай, но я предпочла ретироваться в свою комнату, так как не хотела продолжать разговор о ночных прогулках со стремянкой и фонариком. Сославшись на то, что завтра мне рано вставать, я удалилась, и Колян последовал за мной. Мы улеглись в постель, но сон от меня бежал.

Мысли мои крутились вокруг убийства, совершенного кем-то на нашем балконе. Я сердилась сама на себя: зачем я трачу время на выяснение обстоятельств гибели Аделаиды, когда мне нужно знать, кто убил ее сына? Ведь Аделаида сама по себе меня не интересовала, я надеялась от нее узнать что-нибудь о Диме, но по вполне понятным причинам никогда уже не узнаю. Значит, нужно попытаться зайти с другой стороны. Займусь-ка я, пожалуй, делом, унаследованным мной от Желтикова через «Планиду». Как его там? «Заказ Кочерыжкиной»! Может, Дима именно на этом фронте что-нибудь такое откопал, за что его убили.

— Ты еще долго будешь ворочаться? – спросил Колян, которого я в очередной раз задела локтем.

— Что-то мне опять не спится, – пожаловалась я.

— Ладно, погоди, я сейчас!

Любящий муж слез с кровати, сунул ноги в тапки и куда-то ушлепал. Его не было несколько минут, и за это время я успела задремать, но была безжалостно разбужена.

— На, пожуй! – сказал заботливый супруг, запихивая мне в рот пригоршню крупных белых чешуек, которые я поначалу приняла за клочки надушенной папиросной бумаги. – Успокаивай свою нервную систему и давай будем спать!

Я безропотно пожевала горьковатые лепестки, оборванные Коляном с цветущей вишни, и незаметно сплюнула кашицу в ладонь.

Ну, и что хорошего в этой хваленой сакуре? На вкус – типичное «няо-сяо»!

Четверг

— Ты помнишь, что в субботу мы с Маськой идем в цирк? – спросила Ирка, поплотнее запахивая полу теплого халата.

Было раннее утро, восемь часов с минутами. Мы уже проснулись, позавтракали и собрались к выходу – все, кроме Ирки, которая никуда не спешила, потому что оставалась дома. Впрочем, подруга встала даже раньше других, чтобы приготовить мужу и гостям питательный завтрак.

— Колюша, не лезь в цветочки! – крикнула я малышу, который только утром увидел на клумбе декоративно-растительного ежа.

Понравился ему этот зеленый зверь или нет, я пока не поняла: ребенок уже в третий раз швырял в ежовое изваяние резиновый мяч, но было ли это действие по смыслу равнозначно броску помидором в плохого артиста или малыш просто хотел поиграть с новым четвероногим другом, осталось неясным. Раз за разом мячик перехватывал старый друг – Томка. Третий бросок оказался удачным, мячик опустился точно на спину ежа, и сунувшийся было в колючую зелень пес не смог его сцапать.

— Ябол! – обращаясь ко мне, произнес Мася.

Пальчиком ребенок указывал на красный мячик, красиво контрастирующий с сочной зеленью самшита.

— Он говорит: «Яблоко»! – перевела я специально для Ирки.

— Яблоко? – Подруга подошла поближе и внимательно посмотрела на ежа. – Слушай, это гениально! Я все думала, чего моему ежику не хватает для пущей натуралистичности, а Масянька сразу понял! Яблоко на спине – это то, что нужно! Мася, ты гений!