Книга Напиток мексиканских богов. Звезда курятника, страница 205 – Елена Логунова

— Промакцию проводил мой генеральный спонсор, фирма «Чистая земля», – продолжал между тем Венечка.

— От кого зачищает землю генеральный спонсор? – добродушно поинтересовалась я, минуя опасный участок лестницы с торчащей из стены железкой.

— От пыли и грязи, – ответил Венечка, протягивая мне руку, чтобы помочь подняться.

Я в свою очередь протянула свободную руку Ирке, и мы вступили на второй этаж, как разорванный хоровод.

— Они торгуют всяческими пылесосами: промышленными, домашними, автомобильными, водяными и воздушными, ручными…

— И дикими, – съязвила злобная Ирка.

— И ножными, – предположила я. – С педальным приводом!

— Очень может быть, – согласился Венечка. – Я, честно говоря, и не подозревал за пылесосами такого разнообразия конструкций и дизайна! Некоторые из них очень большие, а другие совсем маленькие, одни с хоботами, а другие с такими вытягивающимися носиками, круглые и квадратные, на колесиках и на полозьях, есть даже совсем непохожие на пылесосы, вроде чемоданчиков с длинными ручками. Пылесосы – они как…

— Как животные? – понимающе закончила я, уловив в этом пространном и эмоциональном монологе о бесконечном разнообразии видов пылесосов большое сходство с той лекцией о пресмыкающихся, которую Венечка прочел мне по телефону.

— Точно! – Веня благодарно кивнул.

— Ну, и кто тут Соня? – не давая приятелю продолжать лекцию по пылесосоведению, громко спросила Ирка.

В отдаленном углу раздалось звонкое металлическое бренчание, послышались невнятные взволнованные выкрики, и неожиданно под ноги нам выкатилась пустая жестянка из-под монпасье. Ирка вопросительно посмотрела на Веню.

— Это Соня хулиганит, – сказал тот. – Она очень любит швыряться мелкими предметами. Я ей не запрещаю, пусть разрабатывает лапы!

— У Сони есть лапы, это радует, – пробормотала Ирка, носком туфли пнув жестянку, как шайбу. – Значит, она не змея.

— Между прочим, чтобы ты знала, удавов еще называют ложноногими, – доверительно сказал Ирке Венька, беря ее под локоток и увлекая в угол, где продолжала встревоженно лопотать невидимая Соня. – У них на нижней части тела сохранились рудиментные конечности.

— Что у них сохранилось? – Ирка уперлась, не желая продвигаться дальше.

Я подтолкнула ее в спину, и мы благополучно вырулили к решетчатой загородке, за которой под настоящей пальмой в деревянной кадке на коврике сидела, почесываясь, симпатичная обезьянка.

— Задние лапы у них сохранились, только уже недействующие и абсолютно ненужные. Как у нас аппендикс, – пояснила я подруге, продолжая разговор о ложноногих удавах.

Венечка открыл рот, собираясь поделиться с нами еще какой-то ценной информацией, но Ирка решительно оборвала его, заявив:

— Стоп! Ничего больше не хочу слышать о змеях!

— А я хочу, – шепнула я на ушко Венечке. – Я хочу знать, когда у тебя сбежала Фаня?

— Думаешь, я помню? – Венечка почесал в затылке точно так же, как это делала Соня.

Востроглазая Ирка ехидно хихикнула. Венька не понял, что ее развеселило, но тоже просветлел лицом:

— А, вспомнил! Как раз в тот день была презентация пылесосов!

— И много народу на ней было? – спросила я, поворачиваясь к обезьянке спиной.

— Фуршет накрывали на сто персон! – гордо ответил Венька.

— А зверюг твоих считали или они фуршетились отдельно? – съязвила неугомонная Ирка.