Книга Танец теней, страница 62 – Яков Осканов

Сальников замолчал и принялся за картошку. Никон Архипович торопить не стал, вместо этого плеснул собеседнику ещё четверть стакана, себе немного, и приглашающе кивнул. Тот не заставил себя ждать, подхватил стакан и, уже не церемонясь, быстро опрокинул его в глотку. После этого Семён наколол гриб, закусил и продолжил:

— Костёр так и не смогли разжечь с самого утра. Из-за дождя всё вокруг промокло, и на ночь мы просто легли спина к спине, чтобы хоть как-то согреться. Наутро дождь перестал, однако Клим прихворал. Ещё день он держался. Но потом слёг с горячкой. Мы два дня ждали, но ему лучше не становилось, а припасы у нас уменьшались. Тогда мы решили, что Егор останется с Климом, а мы с Васькой дальше пойдём. Договорились, что разведаем всё, и если усадьба ещё цела, то будем ждать там. А если нет, то пойдём обратно, навстречу, если к тому времени горячка у Клима спадёт, и они вперёд пойдут.

— Бросили, стало быть, товарищей?

— Почему бросили? Оставили им все припасы. Ружья у них имелись. Люди они опытные, не должны пропасть были. А мы ушли. Что время терять да с Климом всем сидеть?

— Ну ладно. Так почему вы до Ирия не дошли?

— Говорю же, фарта не было. Мы даже до пристани не дошли. Через два дня, как мы Клима с Егором оставили, Васька ногу подвернул и жилы себе, кажись, порвал.

— Где? — из профессионального любопытства спросил Суздалев.

— А вот тут! — Сальников выпростал из-под стола ногу в стоптанном сапоге и показал пальцем на место, где ступня соединялась с голенью. Никон Архипович кивнул, и Сальников продолжил: — Мы подождали день. Но нога распухла. Васька криком орал, наступить на неё не мог. Что было делать? Бросать приятеля я не хотел, да и самому идти в тайгу, ещё и без припасов и так далеко, не хотелось. Не ровен час и сгинуть можно.

— И как же вы поступили?

— Да как? Сделали Ваське посох да побрели потихоньку обратно. Через два дня дошли до лагеря, где Клим с Егором оставались, а их там нет. Пошли тогда обратно в город. Удача, правда, не совсем бросила нас. У меня несколько раз получалось подстрелить дичь, да и дожди унялись. Так что мы дошли, как видите, и до сих пор здравствуем.

— А что с Климом и Егором?

— Дык и они дошли. Клим, как оклемался, слабым стал и исхудал весь. Как только жар начал спадать, они с Егором в город вернулись. Уж не знаю, как там дело было, тащил его Егор на себе, или тот сам дошёл.

— Так а после этого виделись вы?

— Виделись, да только никто уже не хотел снова фарт свой испытывать. Предупредила нас тайга. И мы её послушали. А после нас в Ирий ещё люди пошли. Да сгинули. Вона как бывает. — Сальников наставительно поднял палец.

— И вся история?

— Вся! Как на духу, не вру! — Семён потупился, а потом, глядя подобострастно Суздалеву в глаза, добавил: — Вашбродие наградить обещались вроде за честность.

Никон Архипович, который переживал в тот момент разочарование и досаду за потраченное на поиски Сальникова время, поморщился. Он кликнул полового и приказал принести ещё полштофа водки, после чего попрощался с Семёном, дав тому серебряный рубль, и вышел из трактира прочь.

Спалось мне скверно. И не потому, что я суеверен и соседство со скелетом меня как-то обескураживало. Любой врач за время учёбы настолько привыкает к виду человеческих останков, что относится к ним без особого пиетета.