Книга Перетворцы, страница 42 – Алёна Моденская

Комиссарша вызвала Параскеву к себе. Та вышла от неё спустя несколько часов. Она ступала по городу, гордо подняв голову и будто не замечая крови, струившейся по опухшему разбитому лицу.

Через несколько дней комиссаршу прямо во время выступления перед работниками колхоза убила молния.

— Печальная история, – зевнула Кира.

— Это ещё не всё. На месте сгоревшего дома долго оставался пустырь. Говорят, туда даже бродячие собаки не совались. Застроили только в пятидесятые.

— И что построили?

— Дом, в котором мы сейчас находимся. А после выселения Параскева жила в доме напротив. – Аня сидела в кресле, прислонившись спиной к одному подлокотнику и закинув ноги на другой.

— В гнилушке?

— Это сейчас гнилушки. Впрочем, и тогда было не лучше. Параскева оставила завещание.

— И что в нём? – скучающим тоном спросила Кира.

— Само письмо, увы, не сохранилось, а вот его содержание дошло до нас во вполне приличном виде. Дело в том, что родители Параскевы успели убежать за границу, прихватив с собой только часть их… ну, назовём это сокровищами.

— Сокровища? – с интересом спросила Кира.

— Это условно. В общем, красные отобрали у Параскевы Кашиной несколько предметов. Слушай внимательно. – Аня загибала пальцы. – Чётки из белого жемчуга в тридцать три зерна, пара серебряных серёжек с чёрными жемчужинами, янтарные бусы из сорока продолговатых прозрачных камней, золотое кольцо с восьмиугольным рубином, ромбовидный кулон с изумрудом, круглая малахитовая шкатулка с рельефом в форме виноградной лозы, подсвечник из яшмы в виде вазочки, серебряный браслет с тремя топазами, золотая брошь с круглым бриллиантом.

Некоторое время Кира молчала.

— А откуда такая чёткость описаний?

— Понимаешь, само завещание утеряно, но прабабушка Дросида восстановила список по памяти. Вот копия. – Аня вытащила откуда-то листок и протянула Кире.

Включив бра над кроватью, Кира села и просмотрела копию листа, испещрённого красивым почерком с завитушками. Описание предметов оказалось довольно подробным. Под перечнем стояла ещё одна надпись: «На каждом предмете есть выгравированная буква К: на серёжках их две, на чётках на одном из зёрен, на дне подсвечника, у шкатулки внутри, на бусах у замка, на ободке кольца, у петельки кулона, на замке браслета, на броши с обратной стороны».

— Погоди-ка, – Кира вернула листок сестре. – Но если, как ты говоришь, всё это было у неё, как это… экпра…про…

— Экспроприировано, – подсказала Аня.

— Да. Если всё отняли, как она умудрилась их завещать? И кому?

— А вот это самое интересное. Параскева не просто их завещала, она их ещё и закляла.

— Как это?

— Ну, говоря простым языком, наложила на них заклятие. Все предметы соберутся в одних руках, и та, кто их соберёт, будет обладать силой всех предыдущих поколений. – Аня помолчала. – Как-то так.

— Та, кто соберёт?

— Да, она почему-то настаивала на том, что это будет женщина.

— Занятно, конечно. – Кира усмехнулась. Вышло ненатурально. – Извини, не верю я этой сказке.

— У тебя уже есть серьги с чёрным жемчугом, яшмовая вазочка, – Аня накручивала прядь волос на палец, – кулон с изумрудом. На них ведь есть буква К?

— Ну, допустим. – Кира не стала пока говорить, что ей известно местонахождение ещё как минимум одного предмета из списка.