Книга Перетворцы, страница 91 – Алёна Моденская

Дым не давал вздохнуть. Кое-как, спотыкаясь, Кира бросилась к окну, чуть не упала, налетев на ползавшую по полу сестру. Рама поддалась не сразу, стекло едва не треснуло, когда Кира рывком открыла окно. От морозного воздуха стало легче.

В углу часы под покрывалом били двенадцать.

— У меня волос нет, – кашляя, просипела Аня.

Надышавшись, Кира развернулась. Сестра в футболке и шортах сидела на полу, водя измазанными сажей руками по голове. Вроде бы волосы были на месте.

— Дай посмотрю. – Кира плюхнулась на постель сестры, тело снова пронзили клинки боли. – Да, придётся тебе подстричься.

Длинные каштановые волосы Ани истлели почти до ушей. Кончики завились и пакостно воняли.

Бой часов отдавался тупыми ударами в голове. Мысленным приказом Кира остановила механизм.

— Давай, поднимайся. – Кира встала и помогла подняться сестре. Дым почти рассеялся. Белая простыня, скрывавшая треснувшее зеркало, зияла обугленными дырами. Кира сдёрнула ткань и замерла. Трещина исчезла, но стекло зеркала оплавилось и теперь стало как быстро застывшая вода – бугры и впадины искажали отражение.

— Что тут у вас творится, – отплёвываясь, тётя Маша размахивала мокрым полотенцем. – Пустила племянниц пожить, надо же.

Затрещал дверной звонок. Кто-то, не переставая, давил на кнопку. Тётя Маша, продолжая бубнить, пошла открывать.

— Кажется, я знаю, кто пришёл. – Кира потёрла лоб. Через несколько секунд в комнату вбежала Люба. Кира растянулась в улыбке. – Доброе утро. Как ваши дела?

— Ужас какой, ужас какой, – всё повторяла Люба, беспорядочно натыкаясь на углы мебели. Кира взяла её за шиворот и усадила на постель Ани. От встряски соседка вроде бы пришла в себя. – Я так и знала, так и знала, что это вы.

— Да, это мы. – Кира движением фокусника, показавшего ошеломительный трюк, раскинула руки в стороны.

— А я… я… – Люба закрыла лицо руками. Кира подошла и заглянула внутрь Любы. За ночь та несколько раз увидела гибель своих сестёр. В вариациях, какие и в фильмах ужасов не покажут. Ощутив тошноту, Кира прогнала видение.

— Да ладно тебе, это же только сны.

— Ой, и мне тоже такая жуть снилась, – выглянула тётя Маша. – Кто будет завтракать?

— Все, – громко ответила Кира.

Люба, дрожа, обхватила себя руками и раскачивалась вперёд и назад.

— Может, София тебе успокоительное даст? – спросила Аня. По её лицу размазались чёрные следы золы.

— Она сегодня дежурит, – выдавила Люба.

Вздохнув, Аня, хромая, вышла из спальни.

— Девочки, есть нечего. – Появившаяся тётя Маша показывала открытую сковородку, наполненную блинчиками с творогом – там во множестве кишели черви. – Пойду в магазин, а вы пока приберитесь.

— Всё ты, всё из-за тебя. – Растрёпанная Люба, расцарапавшая сама себе лицо, с дрожащими губами, буравила Киру зелёным взглядом.

— На, попей. – Вернувшаяся Аня протянула Любе стакан воды. – Полегчает.

— Это что? – Люба отшатнулась.

— Вода с молебна. Единственное, что не испортилось.

Люба дрожащими руками вцепилась в стакан и, шумно глотая, не сводила глаз с Киры. Стакан звонкой дробью стучал по зубам.

— У соседей тоже всё протухло. – Аня достала пудреницу и, поворачиваясь, рассматривала обгоревшие волосы. – Сейчас у двери слышала, как соседки кудахтали.

— Вот магазинам выручка будет, – усмехнулась Кира. Достав телефон, набрала номер Годины и прокашлялась. – Доброе утро. Я бы хотела уточнить пару деталей сегодняшней встречи…