Книга Мещёра, страница 60 – Алёна Моденская

Присев на корточки, Ника заглянула под корни: там явно образовалась небольшая пещерка. В памяти всплыли способы расправы с разбойниками. Именно так и делали — наклоняли огромное дерево, чтобы корни показались, кидали туда человека, а потом возвращали дерево в исходное положение. Интересно, сколько местных вековых деревьев растут прямо из человеческих костей?

Но сейчас не до страшных историй. Ника принесла свой спальный мешок и насобирала лапника. Потом залезла под корни, кое-как устроилась там, а «вход» прикрыла ветками. Лучше, чем ничего.

Нормально поспать, конечно, не удалось. Вздрагивала от каждого шороха или треска. Выслушивала в ночной тишине знакомые голоса. Увы, ребята не вернулись. Ближе к утру измученный разум погрузился в глухую ватную тьму.

Где-то снаружи снова голосили дети. Подняться и надавать им затрещин не было сил — руки и ноги отказывались двигаться, веки ни в какую не хотели разлипаться. И чего они так надрывно кричат? Ещё и топают. Всё время какие-то нервные шаги у пещеры. Туда-сюда. И почему за ними никто не следит?

И в спину что-то колет. Как ни повернись — то под лопатку, то ниже упирается что-то острое.

Да когда же эти дети замолчат?! Ника раздражённо, рывками, высвободилась из спальника и выползла наружу. Действительно, сквозь полуоткрытые веки увидела целую стаю детей. Одеты только как-то странно. По-разному. Кто-то в длинных белых рубахах, другие — в пижамах, третьи — в шортах и платьях. Целый выводок, надо же.

— Чего вы орёте?! — собственный голос разнёсся по лесу. Дети мигом замерли. Среди вихрастых голов мелькнули длинные русые косы. Ну конечно, и Ангелинка здесь. Может, ещё посвистит?

Стоп. Откуда здесь вообще взялись эти дети? Ника стала остервенело тереть глаза, чтобы убрать забившийся под веки песок.

И тут оказалось, что она по-прежнему лежит в своём спальном мешке под корнями сосны. Попыталась открыть глаза — не вышло. Ни повернуться, ни пошевелиться, ни даже закричать.

Опять проснулась. Сквозь паутину лапника просвечивали солнечные лучи. Значит, уже утро. Снаружи что-то шевельнулось. Тень двинулась в одну сторону, потом в другую.

— Берегись, — прошептал кто-то снаружи, потом тень вскочила и убежала, мягко топая ножками по мху. Почему-то было ясно, что советовал Нике поостеречься кто-то маленький.

Поздно осторожничать. Ника кое-как вывернулась из спальника и выбралась наружу из своей пещеры. Полезла за мешком. Рука наткнулась на что-то твёрдое и острое. Пошарив в песке и сухих иголках, Ника наконец смогла сомкнуть пальцы на чём-то продолговатом. Из-под корней старой сосны вытащила серп. Отряхнула. Действительно, старый ржавый серп с потемневшей деревянной ручкой. Наверное, со времён колхоза тут завалялся.

Кое-как перехватив сваленный в ком спальник, Ника побрела к рюкзакам ребят. Свой она прятала в пещерке под корнями, и теперь волокла его за ремень.

Чужие вещи снова оказались разбросаны и растрёпаны. Не в силах даже наклониться так, чтобы голова не шла кругом, Ника просто снова свалила всё, что нашла, в одну большую кучу.

Достала диетические хлебцы. Пока пережёвывала безвкусную хрустящую субстанцию, думала, что делать дальше. Идти вперёд, чтобы найти остальных? Хорошая идея, только вот Ника совершенно не умела ориентироваться в лесу. Идти назад? А она сама сможет добраться хотя бы до красного болота?