Книга Покров 3. Чарусы, страница 7 – Алёна Моденская

— Это когда я предложение сделал, – кивнул Василисе папа. – Я же тогда на сцену залез и музыкантам заплатил за песню, а потом встал на одно колено, и… В общем, все увидели. И услышали, потому что оно ещё и трещало на всё кафе.

— Как скучно я, оказывается, живу, – пробормотала Василиса, переводя взгляд со сверкающей яростным взглядом мамы на весёлого отца. Изюм, глядя на хозяев, беспокойно поскуливал.

— Ты на занятия-то пойдёшь сегодня, или как? – строго спросила мама.

— Ой, точно! – Василиса глянула на часы. До начала оставалось минут семь, и это если часы правильно показывали. – Всё, я побежала!

Василиса выскочила в прихожую, быстро оделась и помчалась в школу, где её, наверное, уже ждал Давид Юрьевич. Кто у него там сегодня ещё? Вроде бы Коля, который на следующий год мечтает стать трёхсотбалльником ЕГЭ. Ну, этот быстро никогда не уходит, плюс у них там ещё какая-то научная конференция, или что-то в этом роде.

Но Коля попался Василисе навстречу, когда она подбегала к школе.

— Опаздывать невежливо, – нравоучительно проговорил Коля, поворачивая к «Подсолнуху», где его, наверное, уже ждала Лета, которая упрямо отказывалась от всех репетиторов и вообще поступать никуда не собиралась. Ну, это она просто так родителей злила.

Печально глянув на приветливо светящиеся окна «Подсолнуха», Василиса поспешила к школе. Ей самой ещё сегодня после репетитора в библиотеке сидеть, и только потом можно будет пойти в кафе, где Гаврил как раз будет заканчивать смену. Эх, ему бы тоже в какой-нибудь хороший институт поступить, такая голова светлая. Но нет – колледж в Растяпинске, и то на дистанционку. Кафе надо развивать. Ну, надо так надо. Зато они будут вместе.

Василису вернули к реальности чьи-то голоса, доносившиеся из кабинета русского языка, где у неё должно уже, кажется, начаться занятие. Притормозив у двери, Василиса подняла руку, чтобы постучать, но так и замерла.

— … после всего, что у нас было, – насмешливо говорил какой-то неприятный женский голос. – А уж твой братец…

— Было, и было, – мрачно отозвался Давид Юрьевич. – Прошло, и слава богу.

— Да неужели, – скрипуче промурлыкала женщина. А ведь знакомая манера речи. Но узнать не получается.

— Лер, ты зачем вообще пришла? – устало спросил Давид Юрьевич.

И кто такая эта Лера? Василиса вообще не помнила такого имени у местных женщин. За спиной раздались шаги. Это уборщица, она же садовница, она же посудомойка, тётя Геля, топала по коридору с ведром и шваброй. Увидев, что Василиса мялась у кабинета, тётя Геля только поморщилась, брезгливо глянув на дверь. И побыстрее прошла мимо. Это кто же там засел у Давида Юрьевича?

— … а кто ещё? Это быдло деревенское? – надменно спросил женский голос. Ну вот, начало фразы Василиса проворонила.

— Здесь и кроме тебя городские есть. Это во-первых, а во-вторых…

— Это кто? – насмешливо спросила Лера. – Мент с врачихой и хромой девкой?

Так, это уже, видимо, про Василису и её родителей. Вмазать бы этой Лере, да похлеще, кем бы она ни была.

— Хватит! – крикнул Давид Юрьевич, и Василиса заставила себя отпустить ручку двери, за которую уже успела ухватиться. – Кто тебя вообще сюда звал? Зачем приехала?

— Могу задать тебе тот же вопрос, – резко проговорила Лера.

Да это же Зоина мамаша! Василиса наконец узнала её по голосу и хамской манере. И что она тут забыла?