Книга Черный пес замка Кронк, страница 93 – Яна Черненькая

— Вот видите, как просто? – спросил сыщик у мисс Мюррей.

— Действительно, – задумчиво ответила девушка, не находя это простым.

Не обращая внимания на ее рассеянность, Стрикленд нажал на ручку двери и толкнул ее.

Пожалуй, Сильвия ожидала услышать громкий и противный скрип. Почему-то ей казалось, что прошлой ночью именно эта дверь была его причиной, но ничего подобного.

— Интересно, – сказал сыщик, рассматривая открытую комнату. – Обстановку явно долго выбирали.

Он шагнул в помещение и принялся оглядываться. Помедлив на пороге, мисс Мюррей все-таки отважилась зайти в проклятую спальню маленькой Мэри.

Здесь было темно. Сумрачно, словно в склепе. Плотно задернутые бордовые гардины с золотистым позументом и тяжелой бахромой скрадывали бьющий в окно солнечный свет.

Светлая детская мебель. Кружевной балдахин над кроватью. Но все это неживое. Хотя и не очень пыльное. Время словно остановилось в этом месте. Казалось, что служанка лишь недавно застелила кровать своей маленькой хозяйки.

Взгляд на большую куклу, сидящую в окружении вышитых подушек, вызвал у Сильвии волну холодных мурашек.

Глаза куклы были белыми. Без зрачков. Было в ней что-то до невероятности неестественное.

Красивое темно-синее бархатное платье. Золотой медальон на шее. На слишком длинной цепочке и… Сильвия до крови прикусила губу, чтобы не закричать. Шея. Кукла со свернутой шеей. Платье скрывало ноги, поэтому не сразу удалось понять, что не так. Но потом – кисти рук, сами руки, вывернутые в другую сторону. Неестественно изломанные… Кукле свернули шею и усадили задом наперед.

— Мисс Мюррей, может, вам следует выйти отсюда?

— А? Что? – спохватилась девушка, только сейчас обнаружив, что не в силах отвести глаз от страшной игрушки.

— Вы так побледнели… Выйдите, – посерьезнел сыщик.

— Нет. Я останусь, – заупрямилась Сильвия. Она так устала бояться, что решила в кои-то веки заглянуть в глаза собственному страху.

Стрикленд подошел к гардинам и отдернул их. В солнечных лучах загорелись золотые пылинки.

— Странно, – буркнул сыщик себе под нос.

— Что именно?

— А как вы думаете? – Мистер Стрикленд обвел комнату жестом. – Что здесь не так?

Мисс Мюррей с опаской подошла к нему. Огляделась, подмечая странности и стараясь не смотреть на куклу.

— Пыль, – сказала Сильвия. – Ее немного.

— А на каминной полке ее нет вовсе, – заметил сыщик. – Будто тут недавно убирались. Зато гардины много лет не вытряхивали, как и покрывало. А кукла… надо же, как ее усадили. Чувствуется любовь к драматизму. И медальон такой… интересный. Вот ведь выдумщики…

Он снял с куклы цепочку и открыл украшение.

— Волосы, – произнесла Сильвия, выглядывая из-за его плеча.

Действительно, две половинки медальона были без портретов, зато между ними лежали два отрезанных локона, стянутых нитками. Тонкие светлые волосы. Детские? Наверное, Мэри Хейвуд. А чьи другие? Чуть темнее и толще?

Девушке сделалось еще более жутко. Ей даже показалось, что в эту секунду на нее кто-то смотрит, но кто? Может, портрет на стене, запечатлевший родителей и обоих детей?

Высокий мужчина с каштановыми волосами и тонкими аккуратными усами, со слегка усталым, но добродушным лицом – судя по всему, мистер Хейвуд, не устоявший перед чарами коварной гувернантки. Его жена – симпатичная, хоть и слегка располневшая блондинка. И дети. Старший – кудрявый мальчик с такими же, как у отца, каштановыми волосами. Младшая девочка – светловолосый ангел с глубокими темными глазами. И как можно было поднять руку на такую малышку? Сильвия ощутила злость. Как вообще можно так безжалостно разрушать чужие судьбы?