Онлайн книга «Шесть дней в Бомбее»
|
Руки у меня похолодели. Я накрыла одну другой. Собралась с мыслями и, тщательно выбирая слова, ответила: — К счастью, нам с Ребек… сестрой Триведи удалось помочь друг другу в кризисной ситуации. – Я помолчала. – Она отличный работник. И все бы прошло хорошо, если бы мистер Хассан случайно не толкнул ее локтем, когда она готовилась сделать ему укол. Из-за этого она едва не воткнула иголку ему в легкое. – Я посмотрела на руки, словно они могли подсказать мне, что добавить. – Могла случиться катастрофа. Замолчав, я подняла глаза на старшую сестру в надежде, что она додумает то, чего я не сказала вслух. Что я спасла Ребекку от фатальной ошибки. — Понятно. – Сестра нахмурилась, расцепила руки и скрестила пальцы. – Что касается второй проблемы… Так это еще не все? — Мне стало известно, что ты слишком много общаешься с пациентами. Немного поговорить с ними приемлемо, но у тебя есть обязанности, при которых на долгие разговоры не должно оставаться времени. Я задохнулась. Снова Ребекка. Хотелось сказать старшей медсестре, что я разговариваю с пациентами всегда уже после того, как закончу работу. Меня что же, хотят обвинить в том, что я забыла дать кому-то лекарство? Не искупала пациента и не сменила постельное белье? Не сделала запись в медицинской карте? Я всегда по два раза проверяла, все ли в порядке. У моих больных всегда бывали чистая постель и проветренная палата. Пока всякие Ребекки размазывали сплетни, как масло на хлебе, я бинтовала раны и наводила порядок в кладовой. Никогда не опаздывала и не уходила с работы раньше времени. Что же плохого в том, что, покончив с обязанностями, я старалась подбодрить пациентов? Они же попадали к нам не в самом лучшем настроении. Разве не стоило их поддержать? Сглотнув эти слова, я ответила: — Если я плохо выполняю свои обязанности, буду рада, если меня поправят. Старшая медсестра сжала губы. — Проблема в том, что, слишком сильно вовлекаясь в дела пациентов, ты не можешь так же эффективно выполнять сестринскую работу, личное отношение влияет на твои решения. Будь ты хоть лучшей медсестрой в мире, а я и твои больные так и считаем, если коллеги перестанут доверять твоим оценкам, это станет проблемой. Я должна обращать внимание на подобные жалобы. Мне придется вычесть из твоей зарплатной ведомости два рабочих дня. Она отвернулась, будто неохотно шла на такой шаг. Зарплата за два дня? Но мне нужны были эти деньги! Если я хотела обеспечить маму лучшим жильем, каждая рупия была на счету. Я ведь мечтала покупать ей одежду из шелка и бархата вроде той, что она шила для других. Веки жгло от подступивших слез. Почему со мной вечно такое происходит? Мне хотелось объяснить старшей медсестре, что проблема не во мне. Я ничего не сделала Ребекке, за что ей меня ненавидеть? Но та уже надела на нос очки: — Вопросы есть? Я покачала головой. Встреча закончилась. * * * Расстроившись из-за разговора с начальницей, я бросилась в кладовую и сжала зубами кулак, чтобы не разрыдаться. В Бомбее я старалась не вспоминать о том, что произошло в Калькутте. С тех пор как я достаточно выросла, чтобы самой ездить на велосипеде по городу, мама поручила мне развозить заказы клиентам. Случалось, ко мне приставали чокидары. Или слуги. Или пытались лапать мужья клиенток. Но когда это случилось в медучилище, я решила – хватит. Мое тело принадлежит только мне, почему мужчины думают, будто имеют на него какие-то права? Здесь, в Бомбее, в менее крупной больнице «Вадиа», все стало иначе. А может, я просто повзрослела и уже не выглядела такой беззащитной. Однако здесь у меня образовалась новая проблема. Ребекка решила портить мне жизнь. А старшая медсестра, переживая за дисциплину, стала к ней прислушиваться. |