Онлайн книга «Гербарий Жанны»
|
— А как насчет образцов растений? — Некоторые сохранились. Можем попытаться снова высадить их и посмотрим, что получится. Но некоторые семена не выдержали и погибли. Моя каюта кишела муравьями, я думал, что схожу с ума. Потом кончилась пресная вода… Жанна покорно кивнула. Все, что они предпринимали с самого начала, было чистым экспериментом без малейших гарантий успеха. Чтобы противостоять монополии голландцев и англичан на торговлю некоторыми экзотическими продуктами, для французской монархии было жизненно важно иметь собственные ресурсы, даже перемещать и сажать во Франции растения, изначально произрастающие в других широтах. Судя по всему, смена обстановки не служила препятствием росту, поскольку ботаники обнаружили невероятную способность к адаптации, которой обладала природа. Конечно, случались и неудачи: некоторые растения не желали произрастать на чуждой почве, но в большинстве случаев после нескольких трудных месяцев ухода саженцы в конечном итоге приживались, и растения, которые раньше встречались только в определенных районах, заселяли новые территории. Погруженный в свои мысли, Филибер вспомнил страстные споры по этому поводу с братом жены. Кюре не скрывал своего неодобрения, когда люди, по его мнению, начинали мнить себя равными Богу. Он не сомневался в честности и порядочности Коммерсона, но считал грехом гордыни стремление переделать то, что Господь создал в таком совершенстве, и вмешиваться в Божьи замыслы, даже самые непостижимые. Не рискуют ли они в конце концов нарушить вселенское равновесие и осквернить все, что принадлежит к области божественного? Часто Филибер злился на шурина, упрекая его в том, что он отстаивает примитивные обскурантистские взгляды. Однако ученый допускал, что тот может быть в чем-то прав. Если бы это зависело только от него, Коммерсон ограничился бы наблюдением, описанием и составлением гербариев, соглашаясь с тем, что люди все больше вторгаются в естественный цикл, который до сих пор прекрасно справлялся сам по себе. Разумеется, вмешательство было обоснованно, удовлетворяя как экономические, так и политические потребности: опьяненный научными открытиями, которые обещали раскрывать новые горизонты, человек понял, что его возможностям нет предела. И в самом деле, зачем себя ограничивать, когда природа оказалась такой податливой, покладистой и доброжелательной? Идиллическая гармония казалась неизбежной… * * * Время летело незаметно. У экипажей оставалось всего пять месяцев, чтобы завершить кругосветное путешествие. Бугенвиль был обеспокоен, опасаясь, что этого не хватит для успешного завершения научной экспедиции, которая сильно пострадала от бесчисленных случайностей и препятствий, подстерегавших ее с момента отплытия. Возвращаться с пустыми или почти пустыми руками было равносильно провалу. Корабли снова вышли в море для краткого путешествия, которое привело их к острову Ява. На рейде голландской Батавии уже стояло около десяти судов. «Ворчунья» сообщила о своем прибытии пятнадцатью пушечными залпами, ей ответили тем же. Затем пришлось ждать, пока навстречу выйдет лодка, чтобы французам разрешили бросить якорь и сойти на берег. Бугенвиль отправил в больницу около двадцати своих людей, все еще не оправившихся от цинги, и, пока остальная часть экипажа занималась пополнением запасов галет, муки, вина, свежего мяса, фруктов и овощей, он отправился на аудиенцию к господину Ван дер Пара, генерал-губернатору голландской Ост-Индии. |