Книга Море волнуется раз..., страница 12 – Ника Громова

— Да ты присаживайся, замёрзла? — прошёлся по ней спокойный внимательный взгляд, который она почти физически ощущала на себе. — Может, сделать горячего кофе?

— Не нужно, спасибо. — Олеся аккуратно опустилась на стул. — Так что же ты делаешь здесь, на маяке?

— Вот и настоящий вопрос, — ухмыльнулся Андрей и сел напротив Олеси на узкую кровать, застеленную стареньким байковым покрывалом, положил на стол бумажный пакет, и продолжил: — Сюда в городок переехала моя бывшая жена со своим новым бойфрендом и с ними — моя дочь. Я захотел быть поближе к дочке.

— Неужели здесь нет работы для юриста?

— Я работаю юристом, только онлайн, а маяк выбрал, как место, где можно пореже встречаться с людьми. Случайно наткнулся на объявление и на удивление был принят на работу. — Андрей взъерошил рукой слегка отросшие русые волосы, которые от влаги свились небольшими прядками.

— Если ты не хотел привлекать внимание, то у тебя была неверная тактика. Загадочный одинокий юрист, который водит дорогой внедорожник и работает на маяке. Ты не мог не вызвать интерес в таком тихом месте. — иронично протянула Олеся.

— Это ничего, я своей снобской физиономией и саркастическими замечаниями все равно всех настроил против себя. Такая уж у меня суперсила. Мой особый талант. — Пожал плечами Андрей.

— Почему на меня твоя суперсила не подействовала? Или для меня ты просто сделал исключение? — Олеся перекинула густые каштановые волосы через плечо, затем провела пальцем по шершавой кромке стола, чтобы просто чем-то занять руки.

— Я пробовал утром применить свою суперсилу, ходил с самым кислым в мире видом, пока вытаскивал твоего Арчи, но у меня ничего не получилось, когда ты улыбаешься, тебе невозможно не улыбнуться в ответ, — произнёс Андрей с лёгкой ухмылкой, и Олеся не могла определить, шутит он, или говорит серьёзно, по крайней мере прозвучало это вполне искренне.

Она прошлась взглядом по темно-синей спецовке напротив, следуя за пуговицами, поднялась к распахнутому вороту, из которого виднелась жилистая шея. Его кадык в этот момент немного дернулся. Щетина на скулах и подбородке уже не казалась такой медной, как на солнце утром, выглядела темнее. Затем её глаза встретились с серо-зеленым, цвета морских глубин, взглядом. По спине прошла волна мурашек, крохотные волоски на руках и шее встали дыбом. Олеся очень надеялась, что это всё же от холода.

— Просто твоя суперсила оказалась сильнее моей, — слегка откашлявшись, добавил Андрей и перевёл взгляд на приборную панель. — Я вроде как обещал экскурсию. Это даже входит в мои должностные обязанности. Но должен предупредить, что экскурсовод из меня никудышный. Петрович отличный рассказчик, но раз его здесь нет, то я попробую.

— Да, давай, — Олеся крутанулась на пол-оборота на стуле, чтобы видеть приборную панель, и потерла рукой шею, чтобы развеять возникшее ощущение.

— Маяк работает автоматически. Иначе бы здесь работали только технари. В настоящее время он понемногу утрачивает своё значение, он скорее важен в историческом смысле, как культурное наследие, хотя он всё еще действующий. И правильнее называть его не маяком, а световым навигационным знаком, так как дальность светового луча не превышает десяти морских миль. — Андрей подошёл к приборной панели и стал на ней показывать: — Вот здесь отображаются сигналы, если радар в радиусе своего действия засечет судно, а эта лампочка заморгает, если кто-то подаст сигнал бедствия.