Книга Звериная страсть, страница 30 – Лисавета Челищева

Он сдержанно улыбается, проверяя мой пульс и температуру лба.

— Как твоё имя?

— Вопрос в том, братец, способна ли она вообще говорить! — огрызается Юргис, вызывающе скрестив руки.

Бросаю на него холодный взгляд в ответ.

— …Говорить? Смотря с кем. — отвечаю, не обращая внимания на его язвительную ухмылку.

Агний выпрямляется во весь рост, молчаливо обращаясь к брату.

Ах, жаль, что он повернулся спиной и не могу я увидеть его лица. Ибо то, как рыжеволосый фыркнул, отталкиваясь от места, чтобы смиренно уйти — говорит о многом.

Бросив напоследок мрачновато-любопытный взгляд в мою сторону, Юргис исчезает в тени коридора.

— Ты помнишь, что с тобой случилось? — спрашивает Кирилл, на его лице отражается искреннее беспокойство.

Я вздыхаю, пытаясь собрать воедино разрозненные воспоминания.

— За мной погнались упыри, загнав в глубину чащи… А потом я наткнулась на удивительно тёплую речку, перебралась на другой берег… И после этого все как в тумане, — вспоминаю я, морщась от головной боли.

Кирилл еле заметно нахмурился, и прочистив горло, покосился на брата.

— Мы о тебе теперь позаботимся, — успокаивает меня Агний. — Телу нужно время, чтобы восстановиться.

Опустив взгляд, чувствую недоумение от приятного аромата, который окружает его шлейфом — смесь свежей мяты, мыла и чего-то смутно-лекарственного. Может, это Агний обработал раны мои и забинтовал ожоги?

Отмороженные щеки вспыхивают жаром, вводя меня в смущение.

— Ты можешь быть нашей гостьей столько, сколько того потребуется для твоего полного восстановления. — заключает он, прерывая мою робость.

— Для вас уже приготовлена гостевая спальня наверху, милая госпожа. — вмешивается Кирилл, в его тоне звучит некая неловкость, когда он бросает взгляд на мою травмированную ногу. — …Однако с вашей сломанной ногой и нашей лестницей…

Не успевает он и закончить фразу, как Агний наклоняется ко мне и безо всякого труда поднимает на руки.

У меня перехватывает дыхание от удивления, когда он проносит меня через гостиную так, словно я ничего и не вешу.

Совсем не глядя на мое изумленное лицо, парень несет меня в сторону коридора и через тёмную прихожую, оставляя растерянного Кирилла позади нас.

Когда мы достигаем подножия просторной дубовой лестницы, он останавливается и кротко улыбается.

— Надеюсь, это было не слишком дерзко с моей стороны… — шепчет он, бережно прижимая мое тело к своей груди.

Отвечаю ему улыбкой на улыбку, не в силах подобрать слова, чтобы выразить, как благодарна я ему за доброту и помощь.

— Меня Шура зовут…

На какое-то мгновение его взгляд ещё больше смягчается и в нем появляется глубина мудрости и печали, которая разжигает мое любопытство.

Агний относит меня в самую дальнюю комнату на втором этаже — уютное и тускло освещенное помещение, украшенное тяжелыми шторами и множеством мерцающих свечей.

Он бережно укладывает меня на мягкую кровать с балдахинами, наши глаза ненадолго пересекаются, прежде чем я робко отвожу взгляд.

— Хорошенько отдохни, Шура, — тихо произносит он, проверяя взглядом мои травмы.

Если бы Лукьян только знал, где я и что жива… Наверное, страдает сейчас, переживает за судьбу мою. Суженый мой, как надеюсь я вернуться к тебе поскорее…

Измученная как физически, так и душевно, я сразу же погружаюсь в глубокую дремоту в роскошной спальне, которую мне предоставили.