Книга Звериная страсть, страница 27 – Лисавета Челищева

Я забилась как можно глубже в нору, молясь, чтобы нечеловекоподобные твари навьи, учуявшие мое присутствие, не смогли обнаружить, где прячусь я.

Снаружи пара вурдалаков переговаривалась меж собой, их рычащие голоса разносились в ночи: — Чую плоть человеческую, но слыхом не слыхать, видом не видать ее!.. — прошипел один из них, глаза его сузились от голода.

— Да… Молодая, аппетитная! Близко, но не могу я вынюхать место… где мясо наше. — надрывно вторил другой.

Возбужденные и оголодавшие по крови людской, нечисть все больше и больше разъярялась, их пыл разлился в жаркий спор.

Я настороженно прислушивалась, сердце затаив, когда один из них споткнулся и рухнул на четвереньки прямо возле входа в нору мою из-за склочной драки сородичей.

Вурдалак принюхался к воздуху, его уродливое сморщенное лицо с иссохшей серой кожей исказилось от предвкушения.

— Человечина поблизости! — сипло рыкнул он. — Мы должны найти мясо, а не перебить друг друга!

Затаив дыхание, я неподвижно сидела в тесноте укрытия своего, боясь и пошевелиться.

Наконец, спустя час мучительный тишины вокруг, решила я, что пора покинуть убежище и бежать. Если бы задержалась, кровопийцы наверняка бы проследили шаги мои и обнаружили убежище это к рассвету после вьюги.

Осторожно выбравшись из норы, я огляделась и не успела ступить и шага, как замерла на месте.

Это была ловушка.

Вурдалаки сидели высоко на деревьях и покорно ожидали, когда я покажусь и выдам местонахождение своё.

Паника забурлила в жилах моих, когда все твари навьи бросились ко мне, их дыры глазные загорелись алым, а серый раздвоенный язык был высунут.

В отчаянии кинулась я бежать сквозь метель, ледяной ветер кусал кожу, мчалась я быстрее рыси лесной, но мои преследователи были неумолимы.

Думай, думай, Шурка! Как жизнь свою спасти?!!

В момент отчаяния и изнеможения, я споткнулась об бревно и упала, ободрав колени.

Слёзы застыли в глазах превратившись в льдинки острые и во мне вспыхнул гнев первородный.

Как могу я быть слабой такой и ничтожной перед силой нечистой?! Ведь я хочу жить! Я — душа Богом сотворенная, имею право на жизнь! И никто не оборвёт мою нить судьбы на ее рассвете самом!!! Никто!

И тут, словно ведомая мерцающим воспоминанием, я потянулась в карман сарафана и обнаружила там два маленьких кремнёвых камушка завёрнутых в плотную ткань льняную — подарок последний бабушки.

Сердце радостно аукнулось, когда поняла я, какой потенциал дар этот в себе таит.

Задыхаясь, я собрала все сухие палки и листья, которые только смогла отыскать на опушке, и разложила их по кругу вокруг себя.

Дрожащими руками ударила камушки друг об друга и вспыхнули искры моментально, образовав защитное кольцо огня красного.

Подоспевшие упыри неистово зарычали, их яростные взгляды были устремлены на окружающее меня пламя.

Боялись они единственного, что могло меня спасти — света.

Когда один из упырей сделал безрассудный прыжок в сторону мою, я снова ударила по камешкам и еще больше искр упало на ветки сухие.

Мгновенно пламя стало более высоким и ярким, осветив всю темноту вокруг.

Вурдалаки завопили от разочарования, не в силах прорваться сквозь огненный барьер.

Один из них, недобро оскалившись, призывал остальных набраться терпения, полагая, что огонь в конце концов угаснет, оставив меня беспомощной снова.