Книга Звериная страсть, страница 26 – Лисавета Челищева

Меня наряжают в яркие одежды и обмазывают лицо скота убитого кровью — с намерением привлечь нечистых духов на берегу другом проклятом.

Связанную и с кляпом во рту, помещают меня на борт узкой лодки, и только тут замечаю я, как запыхавшаяся Милава сует мне что-то впопыхах в ладошку. Шепчет мне на ушко, что от бабы Озары это.

Маленький теплый предмет, завернутый в холщовую ткань, быстро согревает мне руку.

Благодарно киваю сестрице, пряча горячий камушек в рукаве.

Лодка отправилась в путь, скользя по незамерзающей быстротечной речке под пристальным взглядом луны ясноликой.

Жуткие звуки бубнов волхвов и рога охотничьего долго ещё эхом отдавались в ночи.

От страха лютого потупились все остальные чувства разумные, сковав тело мое цепями незримыми.

Лодка плыла вниз по течению реки Убороть, скороспешно унося меня все ближе и ближе к владениям Чернобога и нечисти — омуту чёртову.

Спустя, казалось, вечность целую, прибыло судёнышко к излучине — месту, которого боялись все живые. Поговаривали, что даже животина лесная проклятого омута этого стороной обходит.

Лодку резко крутануло на повороте, чуть не опрокинув меня в воду ледяную, но пологий песчаный берег смягчил приговор мой горестный. А вот от деревянного судна моего остались лишь развалины да щепки.

Пока тишина кромешная была единственным звуковым фоном у реки, изо всех сил попыталась я освободиться от сковывавших меня уз верёвок затянутых.

С трудом освободив руки, я погрузилась в воду на коленях стоя.

Пришлось сцепить зубы от лютого холода, пока смывала с себя всю кровь ритуальную.

Выйдя из воды на запорошенный берег, я прислушалась, чутко уловив неподалеку низкое рычание.

Неужто вурдалаки поспели уже уловить запах мой так скоро?!!

В отчаянии я сбросила с себя всю испачканную кровью, намокшую одежку, оставив на себе лишь сарафан лёгкий.

Платок и полушубок оставила у кромки леса в надежде, что это послужит ложным следом для моих преследователей.

Хватая воздух ртом, я рванула в противоположную сторону чащи, моля Богов всех Родных, чтобы начавшаяся метель замела позади следы все мои.

Выбившись из сил уже через несколько минут бега по высоким сугробам, я упала на четвереньки, утопая в мягком снегу.

Горячие слёзы обожгли мои заледенелые щёки.

Это был бы конец мой, если бы желание выбраться из этого кошмара ночного и вернуться к моему Лукьяну не было сильнее.

Прикусив губу до крови, я приподнялась и уверенно двинулась сквозь надвигающуюся вьюгу.

Нога внезапно соскользнула куда-то, увлекая все тело за собой.

Схватившись за сук пня, я еле выкарабкалась из неизвестности этой, напугавшей меня до звона в ушах от барабана сердечного.

Оказалось, что наткнулась я на пустующую нору лисью под снегом у дуба могучего.

Недолго думая, забираюсь внутрь и сворачиваюсь клубочком среди затхлого запаха листьев сухих и мха, загородив вход в нору ветками еловыми.

Непроизвольные всхлипывания пришлось прекратить и закрыть себе рот ладошкой, ибо уже через несколько минут наблюдала я из своего укрытия, как мимо ловко проносятся высоченные скрючившийся фигуры вурдалаков с остекленевшими от голода глазами и оскаленными рылами. Метель и сугробы были им нипочём.

Сердце сковало от страшного осознания, что в любой момент они меня вот-вот учуют.