Онлайн книга «Звериная страсть»
|
Она шепотом предупредила меня, что никто в деревне мне уже не поверит, и лучше будет, коли буду я просто молчать. Когда отошли мы от бушующей толпы, почувствовала я, как во мне разгорается чувство несправедливости колкое. Перешёптывания и осуждающие взгляды древлян казались невыносимыми, но любовь и поддержка Лукьяна и бабушки сдерживали дух мой от отчаяния полного. Поклялась я правду раскрыть о чудовищном происшествии, чтобы очистить имя наставницы и восстановить справедливость. * * * — На заседание придёшь сегодня, скажешь, что Шурка всю ночь с тобой была, что суженная твоя теперь! Чтобы эти мордофили, кто на неё бочку покатил с обвинениями, лукошки свои завалили. — заговорщически пояснила ведьма, пристально наблюдая за кутерьмой древлян издалека. Лукьян вздохнул, прикрыв глаза на мгновение, обдумывая план. — А разве сама она уже не сказала люду, что не имеет к этому никакого отношения? — А кто ж ей поверил-то?! Сколько ведьмам добра не делать, деревень людских не оберегать — все равно по суждениям да по поверьям Чернобога судить будут, чего где загорится! * * * Шура * * * Во второй половине дня старейшины созвали собрание, чтобы обсудить, как еще более защитить деревню от вурдалаков. Баба Озара тоже была приглашена на совещание это, хотя многие старейшины были и против ее присутствия. — Что мне законы: мне все судьи знакомы! — фыркнула ведьма, подливая чая с шиповником в блюдце. — Но сходить придётся. Чую, что надобно мне проследить за их языками непутёвыми. Я радушно попрощалась с бабушкой перед тем, как она избу нашу покинула после обеда. Наводя порядок в горнице, я случайно наткнулась на зеркальце заговорное. Сквозь водянистую поверхность зеркала я постепенно разглядела слабое отражение избы советов. Я слышала отголоски разговора их, будто бы они происходили прямо за окном моим, наяву. Баба Озара молча стояла в углу избы, прислушиваясь к горячим спорам мужиков. Старейшины утверждали, что ритуалы ее и заклинания не помогают боле защитить деревню от сил тьмы. Обвиняли они ее в неспособности держать вурдалаков на расстоянии от люда. Баба Озара, мудростью своей и силой ведической известная, всегда была хранительницей деревни, но в сердца древлян начали закрадываться червивые сомнения, едва стоило горю случиться. Один из старейших предложил вдруг возродить ритуал древний, жажды вурдалаков умиротворения кровавой, который уже века три как не проводился из-за жестокости его. — Ты что, ирод! Да как можно-то?! На аршин борода, да ума на пядь! — вырвалась к центру горницы ведунья, других локтями оттолкнув. Предложение это потрясло всех, и напряжение возросло только. Бабушка напутствовала их, предупреждая о последствиях и клянясь проклясть любого, кто заставит юных дев страдать из-за ритуала этого древнего. Но мольбы ее остались без внимания. — Жертвоприношение — единственный способ защитить деревню, родичи! — грозно вещал старейший. — Предки наши поступали по кону во времена тёмные, чтобы мы сейчас во свету жили! А теперь и наш черёд по кону поступать для рода нашего будущего! Я слышала одобряющие возгласы собравшихся на призыв этот дикий. — Чёрен мак, да бояре едят… — тихо сплюнула ведьма, покачав головой. Раздосадованная, она вышла из избы, с громким стуком захлопнув за собой дверь. |