Онлайн книга «Звериная страсть»
|
— Не брешешь? Знавала я таких как ты… — Не знавали. Я ради нее на все готов! — …Ох, и подкинула же судьбинушка нам такого жениха заморского! — всплеснула руками Озара. — Ну, смотри, коли брешешь и скользким будешь, карасик… — Жена мужу пластырь, а он ей пастырь. — хмыкнул Лукьян, подбоченившись. — У нас так в роду принято! Старуха приподняла бровь, причмокнув. — Переиграть меня в словечки мудреные надумал? — Никак нет! Всего лишь учусь говорить, как народ ваш, — мудрено. — Сей народ — не я. И не Шурка даже. Хоть и родилась она в деревне, но не одна из них она. Не деревенские мы. Не древляне. — голос ведьмы охладился на лад. — Лес — дом наш! А язык леса ты уж точно не осилишь. — Это почему же? — Чаща страха не терпит. Не будет разговаривать с тем, кто ее темноты боится. — объяснила ведьма. — …А я боюсь разве? — А мне почем знать, милок? Мое дело — обозначить. За внезапной мягкостью ведуньи пряталась тревога, да переживания за ученицу свою. Неспокойно на душе ее нынче было. Чуяла беду надвигающуюся старушка Озара, да не знала, откуда ожидать ее и как Шурку свою уберечь. * * * Шура * * * Когда застолье шумное за общинным столом на сотню человек подошло к концу, я почувствовала, как Лукьян осторожно касается руки моей под столом. На губах его заиграла согревающая душу улыбка, и, не раздумывая, я вышла за ним на улицу. Луна висела низко в небе, отбрасывая мягкое сияние на заснеженные палисадники, когда шли мы мимо них рука об руку. Чувствовала я, как нарастает предвкушение в груди моей трепетно, пока мы продвигались на окарину к старому сеновалу. У входа заснеженного Лукьян зажег маленькие лампадки, которые свисали со стропил. Душистый запах сена смешивался с мягким мерцанием свечей, создавая чарующую атмосферу. Мы устроились на мягком сене, прислонившись к тюкам, и смотрели в маленькое отверстие в крыше, где звезды рисовали наше совместное будущее. Проговорили мы, небось, несколько часов, делясь своими надеждами и мечтами. Речи Лукьяна были прошептаны в мое ушко с такой нежностью, что, казалось, будто они ласкали сам воздух у моего лица, как колоски летнего посева. Пока он говорил, кончики пальцев его выводили узоры на тыльной стороне руки моей, вызывая отклик трепетный по всему телу. В разгар разговора взгляд парня стал более пристальным, смесью тоски отчего-то наполненным. Не в силах сопротивляться боле, Лукьян наклонился и прижался губами своими к моим, распыляя меня до истомы в медленном поцелуе. Поцелуй этот был нежным и сладким. Растаяла я в уютных объятиях мужских, чувствуя, как между нами расцветает любовь. Но как бы сильно я ни желала его, понимала я, что дальше не можем мы зайти. Еще предстояло нам сыграть свадьбу летом, и поэтому, хранила я добродетель свою и невинность девичью в строгости, так ожидая дня заветного того всем сердцем и душой. С тщательно скрываемым сожалением в глазах Лукьян понял мою робость и колебания. С тихим вздохом он отстранился, заглянув мне в лицо. — Выходи за меня, любовь моя, хоть завтра! Свяжем наши жизни вместе поскорее, ибо знаешь и ты, и я, что созданы мы друг для друга лишь! Я не могла не улыбнуться и не рассмеяться его нетерпению ярому, догадываясь, почему торопится он так. С нежностью беру его лицо в ладони свои, подыскивая слова нужные. |