Книга Последний поцелуй жнеца, страница 44 – Лисавета Челищева

Комната вдруг показалась мне слишком маленькой. Жнец с усмешкой отодвинул занавеску в сторону, открыв проход в другую комнату — его спальню.

— Будет совершенно нелепо, если я заставлю тебя ехать в поместье в этом, — буднично заметил он, будто это было обычным делом, когда гостья переодевалась у него.

Я не успела возразить, как моя ладонь удобно устроилась в его, и он легким движением провел меня в темную комнату.

Действительно, на большой кровати лежал аккуратно сложенный комплект одежды.

— Переоденься. Потом поговорим, — распорядился Эскар.

Пока он медлил с уходом, его рука продолжала держать мою, ласково согревая ее. Во мне зародилось необычное желание — чтобы он согрел и другую мою руку. Но такая непристойная роскошь была запрещена, и я знала, что не смогу переступить эту грань.

— …Помнится, в прошлый раз ты опрокинула на меня стакан лишь от одного прикосновения моей руки. Что изменилось сейчас?

Мужчина слегка наклонил голову, глядя мне в глаза с любопытством.

— Ничего. Я по-прежнему чувствую себя неловко, когда кто-то прикасается ко мне.

— Неужели?

Он отпустил мою руку и сделал шаг ко мне, сокращая расстояние. Его глаза потемнели, на губах появился хищный оскал.

— Ты, наверное, не знаешь, баронесса, но единственный способ избавиться от тревоги — это посмотреть ей в лицо. Но, конечно, это зависит только от тебя. Кому и как противостоять, так ведь?

* * *

Я блаженно прикрыла глаза, слушая стук колес кареты по брусчатке. Одежда, которую дал мне жнец, оказалась кашемировой и очень теплой, мягче любого из моих траурных платьев. И без удушающего корсета и отсыревших юбок, я снова смогла почувствовать себя человеком. Конечно, сначала было неловко надевать мужскую рубашку и брюки, хотя он и уверил меня, что это подарок и он их никогда даже не надевал. Мне все равно было неловко выходить из спальни под придушенный смех Эскара. Вот негодяй!.. По крайней мере, его травяной чай оказался с приятным вкусом.

— А скажи-ка, баронесса! — его энергичный голос выводит меня из мыслей. — Почему твоё лицо всегда унылое, как мрачная туча? Тебя кто-то обидел когда-то?

— …Твоя работа не требует, чтобы ты узнавал меня лучше.

— Безусловно… Но, похоже, с тобой вечно что-то не так. Я, как секретарь, должен же знать, что.

— Это мое спокойствие. Видишь? — я снова прикрываю тяжелые веки и отворачиваюсь к окну.

— ……Вижу что?

— Тишину. Скажи, если увидишь ее.

— Какая же ты всё-таки очаровательная, баронесса!

И даже сквозь поверхностный сон я чувствую, как он продолжает смотреть на меня со своей наглой ухмылкой.

* * *

Когда я открываю парадные двери северного крыла поместья, меня захлестывает волна ностальгии.

Перед глазами разворачивается просторный, роскошный викторианский зал, украшенный замысловатой резьбой по дереву и изысканной мебелью.

— Экскурсия по дому? Серьезно? — замечает жнец с игривой ухмылкой. — Могла бы просто сознаться, что хочешь, чтобы я погулял с тобой по поместью, как в прошлый раз.

— Для нас обоих было бы удобнее, если бы ты переехал сюда. — заявляю я. — Конечно, временно… На время летних приемов и светских мероприятий.

— …Что за необычный поворот сюжета, баронесса? — он приподнимает бровь, в его медовом голосе звучит нотка любопытства. — Я и не подозревал, что моя персона настолько тебе понравилась, коль уже предлагаешь такое!