Книга Ненужная избранница дракона, страница 129 – Виолетта Вейл

— Эдмар может использовать три направления, — сказала она. — Первое — суд. Он попытается доказать, что Велисс заранее подготовили межмировой перенос души как способ получить власть над Рейвендарами. Второе — источник. Он может искать отвергнутые клятвы и пробовать переписать их. Третье — ты.

— Что именно во мне?

— Остаточные печати. Твоя вина перед прежней жизнью. Твоя связь с Каэлом. И страх, что, оставшись, ты заняла чужое место.

Я посмотрела на тетрадь.

— А я заняла?

Селена не смягчила голос.

— Да.

Я медленно подняла на нее глаза.

— Вы…

— Ты заняла место Лиары. И это правда. Но место было передано, а не украдено. Разница важна, но боль от этого не исчезает. Если ты будешь притворяться, что все чисто и легко, Эдмар ударит именно туда.

Арвен тихо сказал:

— Ненавижу, когда она права. У нее это выходит неприятно.

Селена продолжила:

— Поэтому запомни: ты не должна доказывать всем, что достойна жизни больше прежней Лиары. Это ловушка. Ты должна жить так, чтобы ее выбор не стал пустым.

Я провела пальцами по обложке тетради.

— Жить не тихо.

— Именно.

Нара принесла мне еще еды, Арвен заставил выпить отвар, потом почти силой усадил в кресло, пока Селена показывала, как закрывать внутреннее зеркало от чужих попыток проникнуть в связь. У меня получалось через раз. Иногда я слишком сильно закрывалась и переставала чувствовать даже собственную нить. Иногда наоборот — связь распахивалась, и я улавливала отдаленные всплески Каэла: разговор с Тавеном, вина, сдержанный смех младшего брата, боль в плече, усталость, теплое беспокойство обо мне, которое он пытался не превращать в контроль.

К вечеру Нара помогла мне одеться.

Платье, подготовленное для приема, было темнее утреннего — глубокого грозового цвета, с серебряными зеркальными листьями на рукавах. Не платье Мирены, не белое, не правильное. Мое. По крайней мере, Нара заявила это с таким видом, что спорить было нельзя.

— Вы должны выглядеть так, будто вас невозможно заменить, — сказала она, застегивая мелкие пуговицы.

— Это совет служанки или свидетельницы короны?

— Обеих.

Арвен проверил повязку на моем запястье и вздохнул:

— Жить будете. Танцевать один раз. Если почувствуете слабость — сразу садитесь. Если князь начнет кружить вас слишком красиво, наступите ему на ногу.

— Это тоже медицинский совет?

— Политико-медицинский.

Перед выходом я подошла к закрытому зеркалу над камином. Ткань была плотной, но под ней едва заметно светилась гладь.

Я не открыла.

Только сказала:

— Я иду.

Не знаю, кому: прежней Лиаре, Зерцалу, себе.

Ответа не было.

И это тоже было хорошо.

Прием проходил в Грозовом зале, не в зале Зерцала. Здесь были окна, балконы, высокие колонны, музыка и сотни свечей. Двор собрали не полностью, но людей все равно казалось слишком много. Королевская стража стояла у дверей. Советники держались группами, шептались, замолкали при появлении Каэла.

Он ждал у начала лестницы.

В черном мундире без лишних украшений, с серебряным знаком Рейвендаров на груди. Плечо было перевязано под тканью, но он держался так, будто рана — чужой слух, не имеющий к нему отношения. Когда я вошла, зал начал затихать волной.

Каэл поднялся на несколько ступеней мне навстречу.

Не ждал внизу, чтобы я спустилась к нему.

Вышел сам.

Этот жест заметили все.