Книга Сосед из подвала – тёмный маг, страница 7 – Кассиан Маринер

Я подошла к двери подвала на цыпочках, словно боялась его разбудить. Приложила ухо к холодному дереву. Тишина. Абсолютная, мертвая. Сердце заколотилось от дурного предчувствия. Я тихонько постучала костяшками пальцев.

— Эй! Вы там… живы?

Ответом мне было все то же безмолвие.

Я отошла от двери, кусая губы. Что делать? Открыть засов? А если это ловушка? Если он только и ждет, чтобы я это сделала? Чтобы выскочить и… испепелить меня?

Нет. Я не поддамся на провокацию. Он сам виноват. Он захватил мой дом. Он мне угрожал. Это самооборона. Я повторяла это про себя, как заклинание, но оно не помогало. Образ его бледного, безжизненного лица преследовал меня.

Остаток дня я провела в тревожном ожидании. Я уже не шумела. Я тихо отмывала окна, стараясь не смотреть в сторону подвала. Но его дверь, темная, обитая железом, притягивала взгляд, как магнит. Она была центром моего нового мира, черной дырой, которая засасывала все мои мысли и чувства.

Когда начало смеркаться, страх смешался с голодом. Я поняла, что у меня почти не осталось еды. Нужно было идти в город, на рынок. Но я боялась оставить трактир без присмотра. Боялась, что, пока меня не будет, он выломает дверь. Или что я вернусь, а он так и не подаст признаков жизни, и мне придется жить с этой страшной тайной.

Ночь была еще хуже, чем предыдущая. Я снова устроилась за стойкой, но сон не шел. Каждый скрип старого дерева казался шагами. Каждое завывание ветра в трубе — его голосом. Я засыпала на несколько минут и проваливалась в кошмары, где зеленый огонь пожирал мой новый дом, а темные глаза с золотыми искрами смотрели на меня с холодным торжеством.

Утром я проснулась разбитая и злая. Злая на него, за то, что он превратил мою мечту в тюрьму. Злая на себя, за свою слабость и страх. Все. Хватит. Война на истощение так война на истощение. Посмотрим, кто кого.

Я решила исследовать верхний этаж. Там было несколько комнат для постояльцев. Такие же грязные и запущенные, как и все остальное. В одной из них я нашла старую кровать с просевшим матрасом, набитым чем-то комковатым. Но это было лучше, чем спать на полу. Я вытащила матрас на улицу, чтобы проветрить, и принялась за уборку. Я нашла в сундуке несколько побитых молью, но еще крепких одеял. Отмыла пол, протерла стены. К вечеру у меня была своя собственная комната. Маленькая, убогая, но моя. С окном, выходящим на заросшую дорогу. Я перетащила туда свои немногочисленные пожитки и почувствовала себя немного лучше. У меня появилось свое убежище. Своя цитадель внутри осажденной крепости.

Ночью я лежала на новой кровати, укрывшись колючим одеялом, и слушала тишину. Она больше не казалась мертвой. Она была живой, напряженной, полной ожидания. Мы оба ждали. Кто сдастся первым.

И тут, в этой густой, вязкой тишине, я услышала тихий скрежет. Не в подвале. А у двери моей комнаты.

Я замерла, боясь дышать. Сердце пропустило удар, а потом забилось так громко, что, казалось, его слышно по всему дому. Он выбрался. Он пришел за мной. Я вжалась в стену, натягивая одеяло до самого подбородка, и зажмурилась, ожидая конца.

Скрежет повторился. Тихий, настойчивый. Я открыла глаза. Под дверью виднелась тонкая полоска света от луны, пробивавшейся в коридор. И в этой полоске мелькнула тень. Маленькая.