Книга Служебный роман с чужой невестой, страница 130 – Ольга Коротаева, Диана Билык

Но я не смотрел на мужчин, потому что видел лишь её.

Моя бабочка, дрожа окровавленным телом и прикрывая ладонями живот, качнулась в сторону застывшего возле нее Прэскота.

По ее побелевшим губам, что беззвучно шевелились, я прочитал:

— Передай Дэми, что я его очень люблю.

Но Прэскот, не ответив, рухнул ей под ноги.

Ева медленно подняла голову и, столкнувшись со мной отчаянным, но неосознанным взглядом, начала оседать…

Я бросился, сметая с пути всё и всех, в последний момент подхватил Еву на руки и, подняв хрупкое почти невесомое тело, прижался горячими губами к холодной коже невесты. Зажмурился на миг. Ранена! Я не успел! Боже, только не это! Забери мою жизнь, а она пусть живёт. И наш ребенок пусть живёт.

— Келл! – заорал я так, что задрожало стекло шкафа. – Звони Честенеру! Если через минуту его вертолёт не будет здесь, я…

— Он подлетает, – перебил меня парень.

— Дэми, – попытался встрять Олби. – Это не её кровь. Это брызги… Пуля попала в Прэскота, – комиссар проверял Дрэйку-младшему пульс.

— Уйди, – я невидяще посмотрел на друга.

Плевать, что там с Прэскотом, мне нужно немедленно доставить Еву в больницу. Убедиться, что она выживет… Внутри всё переворачивалось от одной мысли, что моей крошке сделали больно. Хотелось убивать, но я думал лишь о том, чтобы дождаться вертолёта.

Устроив бесчувственную Еву на пассажирское место и пристегнув ее, я вышвырнул пилота из кресла, на что Честенер сдержанно улыбнулся.

Олби кричал, чтобы мы не ждали, что Прэскота отвезёт другой вертолёт, но я и не собирался ждать. Я уже поднимался. Макс хлопал меня по плечу, убеждал, что всё обойдётся. Я же до смерти боялся обернуться, посмотреть на бледное лицо Евы. И одновременно умирал, как хотел увидеть её.

Время полёта почти умертвило меня, я едва ощущал своё тело, когда нёс Еву по белоснежному коридору лучшей клиники города. Раскидал охрану, напугал медсестёр, растерянно посмотрел на сломанную иглу, что торчала в моём плече: мне чего-то попыталась вколоть? Или вкололи?

Рывком вытащил ещё две и, уже теряя сознание, подумал с яростью: успели.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– Дэми…

Ева улыбалась мне. Танцуя, она соблазнительно покрутила попкой, обтянутой тонкой тканью шорт и, обернувшись вокруг себя, поманила меня пальчиком.

— Дэми! Мишка Винни!

Я судорожно вдохнул и, распахнув глаза, с горечью осознал, что это сон. Вскочил на ноги и осмотрелся:

— Ева!

— Сядь, – попытался усадить меня Макс. – В порядке она, жива. Не ранена. – Я грозно посмотрел на Честенера, и друг расхохотался. – Уговорил. Идём. Покажу.

Я быстро осмотрел небольшую комнатку с диваном, на котором только что, накачанный слоновьей дозой успокоительного, спал, как поверженный лев, а потом спешно вышел следом за Максом в светлый коридор.

— Не бойся, милашка, – со смехом сказал шарахнувшейся от нас медсестре Макс и подмигнул: – Мишка больше не буйный. А как посмотрит на медок, так совсем ласковым станет… Кстати, о сладеньком. Как себя чувствует мисс Комарова?

— К ней нельзя, – девушка изо всех сил пыталась выглядеть строгой, но у неё не очень хорошо получалось. – Угроза выкидыша…

— Что?!

Мир внезапно покачнулся, и я, с усилием восстановив равновесие, поднял взвизгнувшую медсестру и, убрав с дороги, поставил у стены, а сам распахнул дверь палаты. Едва ощущая под собой ноги, направился к одинокой кровати, на которой спала бледная, как простыни, моя маленькая бабочка.