Книга Иномирная супруга дракона 2, страница 2 – Ольга Коротаева

Начальник МЧС, конечно, хорошо зарабатывает, но не настолько, чтобы менять тачки, как перчатки.

Я прикусила нижнюю губу и кивнула, а потом осторожно указала на его голову:

— Тебе идёт. Сразу помолодел лет на десять!

— АХ, лиса! — Папа поцеловал меня в лоб. — То-то лисята рождаются!

Я посмотрела вслед отцу, который после моего возвращения лишь однажды поднял вопрос об отце ребёнка. Спросил, по согласию ли я забеременела, ведь боялся, что меня похитили и мучили. Но я уверила, что Елисей — дитя любви, и он успокоился.

А о том, почему моего мужчины нет рядом, даже не заикался. Уверена, папа видел, как я страдала, пусть и старалась не показывать своих слёз.

— Нашла! — крикнула Амалия, и я поспешно вытерла щёки и закрыла дверь.

Поспешила в детскую, из которой слышался звонкий смех девочки. Она уже не была такой плаксивой, как раньше, хотя всё ещё оставалась сильно ранимой. Постепенно, узнав историю её семьи, я поняла, почему Амалия стала чувствительной. Потерять маму в таком возрасте очень тяжело!

Но после рождения Елисея девочка стала чаще смеяться. Возможно, Герман Маркович часто приводит дочь в наш дом не столько из-за загруженности на работе, сколько по этой причине. А я и рада, так как Лисёнок обожал возиться с ней, и у меня появлялось немного свободного времени.

— Лис потяжелел! - заявила Амалия, когда я вошла. — Хорошо кушает!

Она держала Елисея на руках, и я забеспокоилась:

— Отпусти его! Пупок развяжется!

— Смешно, — фыркнула девочка и засюсюкала с Елисеем: — Мой маись хочет бабоську?

Елисей обнял её и звучно чмокнул в щёку. Девочка опустила ребёнка на игровой коврик и вынула из кармана свежесобранные лепесточки разных цветов. Я затаила дыхание, приготовившись в очередной раз увидеть магию.

Она доказывала мне, что мир драконов существует. Что яркая любовь, которая навеки связала меня и кагхана, мне не померещилась. Что всё было на самом деле! Что частичка моей искры до сих пор с моим дорогим супругом.

— Какую? — Амалия предложила Лисёнку выбор, и тот цапнул один из лепестков. — Синенькую? Дай мне.

Положила тоненький лепесток астры себе на ладонь и легонько подула на него.

Миг, и над рукой девочки взвилась, махая крохотными крылышками, синяя бабочка. Потом к ней присоединилась ярко-жёлтая. Следом вспорхнула красная... И вскоре посреди комнаты шевелился живой радужный шар из разноцветных насекомых.

Елисей радостно смеялся и пытался их поймать, совсем как сама Амалия, когда играла со своей феечкой. Наверное, девочка тоже скучает по Тиастре. Мы никогда с ней не говорили о том мире.

— Не мешай нам играть, — сурово заявила Амалия, и я невольно улыбнулась.

Она всегда дарила мне время наедине с собой.

— Когда проголодаешься, скажешь, — попросила её и вышла, прикрыв дверь.

Пока девочка здесь, за папин Харлей можно не переживать.

И я, пока есть время, поспешила заняться своим любимым делом.

На пороге мастерской замерла и прислушалась к детскому смеху. Всё хорошо, Амалия справится с Елисеем. Вошла в комнату, которую выделил и оборудовал для меня отец, но дверь оставила открытой.

Медленно осмотрелась, уделяя каждой стене пристальное внимание, погружаясь в свой мир. Рисунки, за которыми уже не было видно обоев, изображали шиерцев в разных ипостасях. Точнее только одного, моего супруга Гордэра кагхана Ваиндра.