Книга Моя мачеха – иномирянка, страница 88 – Ольга Коротаева

— Нет ничего веселее! Можно ещё? Папа же разрешит ещё?

И, пока мужчины вытягивали нас за верёвку, восторженно щебетала, щедро делясь эмоциями. Наверху, встретившись взглядом с Кенданом, я затаила дыхание – мужчина широко улыбался и смотрел на дочь так, будто впервые увидел. Сердце моё забилось быстрее от мысли, что выздоровление малышки не за горами…

Наслаждаясь приподнятым настроением, я старалась не думать о моём возвращении домой.

Амелота не могла насладиться простыми радостями, доступными другим детям, но не ей… До сих пор. И каталась до момента, пока Кендан не заявил:

— Довольно. Скоро будет темнеть. Пора возвращаться.

Вернен поёжился и, пытаясь скрыть дрожь, проворчал:

— Наконец-то…

Я только отметила, что лицо соэра было бледным, а губы – почти синими. Похоже, гость сильно замёрз. Видимо, это потому что держался в стороне, пока другие мужчины по очереди вытягивали нас с Амелотой. Не знаю почему, но сердце дрогнуло.

Виктор никогда не отличался крепким здоровьем и даже летом мог подхватить ангину. Болел бывший муж тяжело и долго. Я заботилась о нём и терпела все капризы, переделывая кашу или неверно сваренный бульон. Но после первого же больничного листа старалась следить, как Виктор одевается, – было проще предупредить простуду, чем лечить.

— До замка далеко, – задумчиво оглянулась я и, заметив поднимающийся в темнеющее небо дымок, вскинула руку. – А это что?

— За рощей деревня, – ответил Кендан.

— Может, заедем? – Я умоляюще посмотрела на мужчину. – Амелота разгорячённая, надо высушить или поменять нижнее платье, чтобы девочка не простудилась.

— Так и поступим, – сурово кивнул соэр и поднял дочь на руки. – Рэнд, возвращайся и привези сменную одежду в деревню.

Воин застыл в недоумении, а потом царапнул недовольным взглядом каждого из присутствующих, но всё же поклонился, повинуясь приказу Кендана. Вскочив в седло, он пришпорил коня и, подгоняя его криком, растаял в белоснежной туманной дымке.

— Теплеет, – глядя на неё, задумчиво заметил Тартан.

— Становится сыро, – сухо добавил соэр Драко и усадил дочь в седельную конструкцию. – Поспешим.

Амелота восторженно осматривалась.

— Как красиво! Деревья будто приоделись к балу! Ветки все в кружевах…

Вернен, цедя проклятия, пытался попасть в стремя, но, видимо, ноги его плохо слушались. Я удивилась, почему мужчина ничего не делал, чтобы согреться. Отчего не вернулся в замок, сославшись на усталость или скуку? Зачем соэр упрямо оставался с нами, хотя не испытывал особого удовольствия от зимних игр? Даже Тартан веселился вместе с нами, и мне показалось, что вполне искренне.

Сердца снова коснулся холод дурного предчувствия, но тут подошёл соэр Фений.

— Позволь поухаживать за тобой, сестричка.

Помогая мне подняться в седло, он шепнул мне на ухо:

— Отличная тактика, Констанция. Я потрясён твоим коварством. Твой новый план превосходен!

Поправив стремена, он похлопал лошадь по лоснящемуся боку и отошёл к своему коню. Я проводила «брата» настороженным взглядом.

«О чём он?»

Увы, как и раньше, мне было неизвестно, что именно собиралась провернуть моя предшественница. Но я всеми силами попытаюсь помешать всему, что может причинить вред Амелоте или её отцу.

Когда мы добрались до деревни, уже опускались сумерки. Нас пригласили в самый большой дом, вокруг суетились люди в одинаковых бесформенных тулупах серого оттенка. Женщин от мужчин можно было отличить лишь по цветастым шерстяным платкам. Казалось, все были воодушевлены и взволнованны.