Онлайн книга «Ледыш и Недотрога»
|
Глава 25. Ледыш Эта сумасшедшая упрямая девчонка! Стояла и смотрела на меня так, что хотелось отшлёпать. И чем больше возражала мне, тем сильнее становилось желание. Оно уже жгло диким перцем где-то в районе груди. Но вместо того, чтобы наказать Виолетту, я отпрянул, будто обжёгся, и молча уехал. — Попросту сбежал! — глядя в потолок, прошипел я сквозь зубы. Дрожа, лежал под одеялом и не мог уснуть. И дело было не в том, что каждая ночь приближала холодную осень и бездушную зиму, когда жить в вагончике будет очень непросто. А в том, что стоит смежить веки, как я снова вижу бездонное небо в широко распахнутых глазах Недотроги. Ощущаю её свежее дыхание на своей щеке и… — Чёрт! — откинув одеяло, я вскочил и сделал пятьдесят отжиманий. Не помогло. Сердце не стало биться ровнее, тело бросало то в жар, то в холод, а усталость, похоже, я потерял где-то в дороге. Подхватив куртку, вылетел из вагончика и хлопнул дверью. Снаружи на меня тут же набросился мелкий моросящий дождик, которому я с удовольствием подставил разгорячённое лицо. «Как же она меня разозлила!» Я посмотрел в тёмное небо, посылающее мне колючие напоминания о приближающемся холоде, и подумал, что нужно раздобыть какую-нибудь печку. «Минотавр говорил, что в саду олдов стоит старая буржуйка» — вспомнил и, подхватив шлем, двинулся к мотоциклу. Но там ждал неприятный сюрприз. Мотор, чихнув, заглох и больше не подавал признаков жизни, что бы я ни делал. Чертыхнувшись, я пнул железного коня и, сунув руки в карманы, побрёл по раскисшей дороге, обходя многочисленные лужи. Асфальт здесь сошёл ещё весной. Как смеялись — растаял вместе со снегом. А новый власти лишь обещали, и автолюбители выкручивались, как могли. Сначала засыпали в ямы щебёнку, а затем просто начали ездить по обочине, укатав более-менее нормальную грунтовку. Как ни отвлекал себя, мысли упрямо возвращались к разговору с Недотрогой. Сделать шаг назад? Серьёзно?! Отвлекшись, наступил в грязь и, тряся ногой, выругался. Вот так же я себя почувствую, когда войду в двери клуба Аида. Только испачкаться придётся глубже. До сердца. До души! — Ни за что, — процедил сквозь зубы, не обращая внимания на редких прохожих, которые оборачивались на парня в шлеме. Для меня он заменял зонт. — Я не сделаю этого! Этот шаг будет моим безоговорочным проигрышем, а я не мог допустить, чтобы Черных одержал победу. Ради Серёжи, дедушки, самого себя… А теперь и ради Недотроги! — Двинутая на всю голову, — прошептал и, заметив раннюю маршрутку, поднял руку. — Подписала договор, глупышка… Что теперь делать?! До Минотавра доехал быстро, в четыре утра пассажиров было мало, и водитель не тормозил на остановках. Когда подошёл к дому, дождь закончился, и я снял шлем. Пришлось несколько раз метать камешки в окно друга, прежде чем зажёгся свет. Увидев сонное лицо, обрамлённое взлохмаченными волосами, я приветливо помахал: — Доброе утро! — Издеваешься?! — рыкнул он и исчез. Затем появился снова. — Лови! Кинул мне звякнувшие ключи. Поймав их, я двинулся к двери. Кухонные часы пикнули, показывая пять ноль-ноль, и я сделал ещё глоток горячего ароматного чая. Ощущая, как по телу разливается живительное тепло, проворчал: — Дай чего пожрать. Вадим недовольно засопел, но всё же открыл холодильник и достал колбасу, масло и остатки вялого салата. Нарезал хлеб и, соорудив бутерброд, сунул мне под нос. |