Онлайн книга «Мой родной чужой»
|
— Мой муж козел, — вернула я бокал и посмотрела хмуро: — Есть такая песня? — Сейчас проверим, — нажала на пульт подруга. =8= Через час, уже порядком охрипшая и с трудом держащаяся на ногах, я села на диванчик небольшой звукоизолированной комнаты. Анжи почему-то задерживалась, долго не возвращалась из туалета, и я забеспокоилась, как бы подруге не стало плохо. Подхватила вещи, чтобы проверить, что с ней, как из сумочки выпал сотовый. Мельком отметила количество пропущенных звонков и вздрогнула: что-то с девочками? Положила сумку и, усевшись, открыла список звонков. Все они были от Жени. Няня не звонила, но на сердце все равно было неспокойно. Я на минуту задумалась, стоит ли мне перезванивать. С одной стороны, у меня от страха даже ладони вспотели, я никогда до этого не позволяла себе уйти из дома, всегда встречала мужа… Как дура, ждала его, а он трахался с этой… Всхлипнув, я в порыве злости отбросила телефон. Не буду перезванивать! Я была уверена в Кристине, она не уйдет, пока не передаст мне девочек, это записано в контракте. Даже Женя не сможет прогнать няню, не станет выставлять наши проблемы напоказ… Пока не станет. Телефон в углу снова осветился, запрыгал на полу, а я с ненавистью смотрела на него. Как же близко стоят любовь и ненависть. И как же больно переходить эту грань. Словно вырезают сердце из груди, выжигают легкие, медленно разрывают душу. Остается лишь боль. Как же я была счастлива, когда ни о чем не знала! Упасть с такой высоты сравнимо с падением в бездонную пропасть. Когда думаешь, что вот оно, дно, но проваливаешься дальше. Когда считаешь, что больнее некуда, но страдаешь еще сильнее. — Лара? Услышав мужской голос, я обернулась и при виде Фила, который стоял в дверях, торопливо вытерла щеки. Улыбнулась натянуто и спросила: — Что ты здесь делаешь? Боюсь, вопрос мой прозвучал вызывающе и грубо, но я сейчас не способна ни на что другое. Когда человеку отчаянно нестерпимо больно, он может лишь сжаться в комок и ждать, когда пройдет приступ. И лучше его в этот момент не трогать, иначе он способен причинить боль другим. Но Фил, казалось, не обиделся. Он взмахнул бумажкой и улыбнулся: — Я сотрудников нашего центра жду. Мы решили повеселиться… — Снова заглянул в свой телефон и нахмурился: — Не понимаю, у меня написано, что они ждут меня, но тут только ты… Не подумай плохого, я рад, но… — Дай посмотреть, — снова вытерев щеки, я протянула руку. — Ой, Фил, ты перепутал клуб, — прочитав адрес, покачала я головой. — Тебе нужно… — Не нужно, — мягко перебил он и обрадованно улыбнулся: — Я не особо хотел идти. А ты здесь одна? — Нет, — я махнула на дверь: — Анжела скоро вернется. — Понятно. — Фил огляделся: — Можно я закажу себе выпить? Я так спешил, что в горле пересохло. — Прошел и, сделав заказ на экране, медленно обошел небольшую комнатку: — Я ни разу не был в караоке… Раздался хруст, и я похолодела. Мой сотовый! Фил склонился и виновато проговорил: — Не заметил, что тут смартфон. Это твой? Боюсь, я должен тебе новый. — Не нужно. — Я поднялась и попыталась отобрать телефон. — Я сама способна купить… И замерла с протянутой рукой: теперь нет. Не могу, потому что раньше Женя оплачивал счета, а я, как он и просил, “работала мамой и женой”. И вот он, крах моей “карьеры”. Уронив руку, я отступила и, опустив лицо, снова не смогла сдержать слез. |