Книга Мой родной чужой, страница 22 – Ольга Коротаева, Артелина Грудина

Короткий стук в дверь прервал нашу задушевную беседу, и в кабинет вошли трое крупных мужчин. Но лишь один мог пригвоздить взглядом. Жанна вся подобралась и с мольбой посмотрела на меня.

— Вызывали? — скорее для Жанны, чем для меня, грубо буркнул Герман.

Сразу понял, в чем дело. Видимо, впечатлился разгромом в приемной.

— У меня в кабинете камеры, — сухо ответил я. — Возможно, что-то еще.

Герман нахмурился, но кивнул. Его подчиненные тут же принялись обследовать помещение.

— Зря я не настоял на проверке в эту субботу, — проворчал Герман.

— Ты нужен был на объекте, а еженедельную проверку я никому, кроме тебя, не доверяю.

— Илья бы тоже справился.

— Герман, что произошло, то произошло. Максимум — я подрабатываю актером дней десять.

— Она? — Глава охраны кивнул в сторону секретарши.

— Больше некому, — хищно ухмыльнулся я.

— Это не я! — проблеяла секретарша. — Я только дубликат ключей сделала.

Мы с Германом мрачно переглянулись. Впереди нас ждал длинный разговор.

Спустя час и использованную пачку бумажных салфеток, когда у меня уже и матов не осталось, мы подвели итог.

Жанна оказалась непроходимой идиоткой, что повелась на большие деньги. Сумму ей передали через почтовый ящик. Туда же она и положила ключи. Общались с ней по СМС, но номер телефона, конечно же, сейчас недоступен. Трансляция с камер шла на чей-то сервер, поэтому пришлось подключить программистов. Заказчика Жанна в глаза не видела, но у нее на подъезде висит камера. Парни Германа уже выехали. Мобильный у секретарши забрали, да и ее саму тоже. Я бы выгнал ее к чертовой матери, но у Германа появился какой-то план.

В общем, рабочий день полетел в жопу. Вызвав секретаря Антона, я передал ей дела Жанны. Марина выглядела не так дорого, но от нее веяло строгостью и деловитостью. А еще меня обескуражило ее заявление:

— Евгений Анатольевич, я не смогу выполнять все обязанности Жанны. Интим вам придется искать в другом месте.

Я даже засмеялся, чем, наверно, обидел девушку. Она-то наверняка приняла все на свой счет. Завтра нужно будет извиниться, а сегодня все — домой.

Перед женой я чувствовал вину, поэтому поехал по объездной через ювелира и цветочный, а затем еще и в супермаркет заглянул за вином, деликатесами, сладостями и фруктами. По итогу набрал три пакета всего самого необходимого.

Пока ехал, понял, что должен покаяться и извиниться за шантаж. Лара самая чудесная мать на свете, разлучить ее с девочками я никогда не смогу. Просто рука не поднимется. Сам буду сдыхать, но девочек своих не обижу. О разводе даже не может быть и речи. В конце концов буду Ларе каждые три года ребенка делать. Ни один суд не даст нам развод.

Перед глазами предстал образ беременной жены, и на моем лице расползлась мечтательная улыбка.

Домой я заходил с хорошим настроением и уверенностью, что все образуется.

Только встречать меня вышла вовсе не Лара, а Кристина. Я не особо любил эту дамочку, но Лара ей доверяла, и с детьми эта няня смогла найти общий язык.

— Здравствуйте, Евгений Анатольевич. Лариса уехала и сказала, что вернется поздно. Попросила уложить девочек спать.

Я посмотрел на наручные часы — полпятого. Обычно я прихожу не раньше шести, иногда к семи. Спать девочки ложатся в девять. Так-так…

— И давно вы с ними? — сдерживаясь из последних сил, сквозь зубы поинтересовался я. Значит, я примчался домой, а она хвостом решила махнуть? Бросила детей, дом, меня и уехала черт-те куда.