Книга Плохая мачеха драконьих близнецов, страница 58 – Диана Фурсова

— Ты закрыла детей собой перед всеми.

— Не совсем. Я встала рядом.

— Для зала это одно и то же.

Она повернулась.

— А для детей?

Каэль не ответил.

Вот в этом молчании было больше, чем во многих его словах. Он тоже видел Лиру. Видел Риана. Видел, как они ушли не сломленными, а удержанными на ногах. И от этого, кажется, ему было почти так же страшно, как и ей.

— Я не хотела спорить с вами при гостях, — сказала Элиана. — Но если бы я промолчала, они услышали бы только Селесту.

— Ты могла позволить мне ответить.

— Могла. Но вы отвечали бы как глава рода. А им в тот миг нужен был кто-то, кто скажет не о роде, а о них.

Каэль смотрел на неё долго.

— Ты всё ещё не понимаешь, как опасно говорить против Совета вслух.

— Понимаю. Просто начинаю понимать и другое: молчание здесь не безопаснее.

Он отвёл взгляд первым.

За дверью зала стихали шаги слуг. Где-то далеко Грета уже, наверное, ворчала на посуду, гостей и судьбу. Замок возвращался к ночи, но теперь ночь была иной — наполненной тем, что нельзя будет спрятать обратно.

— Завтра, — сказал Каэль, — мы обсудим, что делать до приезда наблюдателей.

— Хорошо.

Он задержался.

— И, Элиана…

Она подняла глаза.

— Сегодня ты не использовала их доверие.

Очень странная похвала. Почти сухая, почти колкая. Но для Каэля Рейвара, который ещё вчера был обязан сомневаться, это было больше, чем она ожидала.

— Я стараюсь, — сказала она тихо.

— Я вижу.

Он ушёл, оставив после себя не тепло и не мир, а нечто более хрупкое: возможность.

Элиана вернулась в северную башню поздно. Нисса уже ждала её с распущенными волосами и сонными глазами, но, увидев лицо госпожи, ничего не спросила. Только помогла расстегнуть платье, подала домашнюю шаль и поставила на стол чашку горячего ягодного напитка.

— Дети спят? — спросила Элиана.

— Госпожа Лира уснула быстро, — ответила Нисса. — Господин Риан сказал, что не спит и будет думать.

— И?

— Через пять минут уснул в кресле у её кровати. Марта перенесла плед и укрыла обоих.

Элиана устало улыбнулась.

— Конечно, он не спал.

— Совсем не спал, — серьёзно согласилась Нисса.

После её ухода Элиана ещё долго сидела у стола. Деревянный дракончик смотрел на неё своей смешной упрямой мордой. Рядом лежали списки для Совета, план замка, заметки о детском крыле и платье, которое Дорн предлагал надеть на официальную встречу. Всё это казалось важным, но далеким.

Главным был взгляд Лиры.

И взгляд Риана.

Утром первый пришёл именно он.

Не вошёл, разумеется. Просто постучал в дверь северной башни особым коротким стуком: два раза, пауза, один. Как Марта стучала в восточное крыло.

Элиана открыла сама.

Риан стоял на пороге в обычной тёмной рубашке, с растрёпанными волосами и лицом человека, который заранее приготовил десять причин пожалеть о своём поступке. За его спиной никого не было. Ни Марты, ни Лиры, ни Каэля.

— Доброе утро, — сказала Элиана.

Он нахмурился.

— Вы не должны сразу открывать. Надо спрашивать, кто.

— Ты прав. Я ошиблась.

Риан моргнул.

— Просто так признаёте?

— А надо спорить?

— Взрослые обычно спорят.

— Я могу поспорить, если тебе так спокойнее.

Он подозрительно посмотрел на неё, но уголок губ дрогнул. Почти незаметно.

— Не надо.

— Хорошо. Кто там?

— Уже поздно.

— Тогда в следующий раз сделаю правильно.