Книга Ножницы, страница 32 – Анна Завгородняя

Что там говорила эта гувернантка Вандермер о логове пожирателя?

Пролетевшая мимо тень, вырвавшаяся из тумана, задела Леннинген, обдав холодом.

— Ты! Ты! Ты! – прозвучал рядом женский голос.

Лорелей даже головы не повернула, помня наставления гувернантки. Да, Элоиза не нравилась Леннинген, но не признать особенные знания гувернантки было просто глупо. А глупой баронесса себя не считала.

— Ну же! Остановись! Давай поговорим, — попросил уже другой голос, низкий, мужской, с обволакивающими нотками.

— Мы так долго не беседовали с живыми. Поговори же с нами! Расскажи, как там, где свет, тепло и жизнь? — шепнул кто-то прямо в ухо Лоре. В этот раз баронесса вздрогнула и отмахнулась от голоса, как от назойливой мухи, ускорив шаг.

Вокруг был туман и кружили пугающие тени.

«Души», — поняла Леннинген. Те, что живут в загробном мире. Те, кому повезло не обратить на себя внимание пожирателя и не стать его добычей.

— Нам здесь холодно и скучно, – услышала баронесса детский голосок. Он не тронул ее сердце. Не тронули Лорелей и последующие голоса. Она упрямо шла вперед и перевела с облегчением дух, только когда туман стал оседать на камни пола, а перед взором Лоры предстал неказистый дом, словно вросший в черные скалы. Под ее ногами земля был черна и испещрена кусками такой же породы, что и скала. Как и предрекала Вандермер, над домом кружились призраки. Целое скопление душ, похожее на живое облако.

Помня про ножницы, баронесса храбро подошла к дому и несколько секунд стояла, прежде чем решилась войти.

«А если внутри окажется пожиратель?» — подумала она со страхом, но тут же приказала себе: «Главное — не разговаривать!» — и решительно распахнула дверь.

Дом внутри был пуст. Ни мебели, ни картин. Лишь один очаг, в котором тлели алые угли, и стена, на которой висели разнообразные ножницы.

Баронесса даже загляделась, поражаясь необычной коллекции пожирателя. Каких только ножниц в ней не было: маленькие, маникюрные, огромные, для резки куриных грудок. Портняжные, канцелярские, садовые, с зубчиками на лезвиях и без.

Но Лорелей искала особенные.

«Гувернантка утверждала, что я сразу их узнаю!» — вспомнила Леннинген и действительно моментально поняла, какими именно ножницами владеет пожиратель.

Они были огромные. С такими острыми лезвиями, что, наверняка, с легкостью могли разрезать даже металл. А еще они немного светились и от них просто фонило жуткой силой.

Понимая, что следует поспешить, и радуясь, что в доме не оказалось его владельца, баронесса протянула руку и сняла со стены трофей.

Ножницы были очень тяжелыми и Леннинген едва не выронила их.

«Вот и все! А я боялась! – подумала женщина и с облегчением усмехнулась. – Проще простого. Словно отнять у ребенка игрушку!»

Она сделала шаг назад, довольная собой, когда угли в камине пришли в движение и взвились вихрем прямо перед лицом баронессы.

Не ожидая такого подвоха, аристократка отшатнулась и закрыла ладонью рот, боясь вскрикнуть и во все глаза глядя на существо, которое поднялось перед ней, распрямив плечи, сотканные из тумана.

Угли погасли. Остались только два там, где у пожирателя находились глаза.

— Кто здесь? – прозвучал пугающий голос.

Лорелей сделала еще один мягкий шаг назад.

«Пока я не заговорю, он меня не увидит!» — повторила баронесса про себя как заклинание. Но ее колени подрагивали от страха и это было плохо.