Книга Яга и хрустальная гора, страница 12 – Ника Верон

Решение принял еще утром дня минувшего. Когда с ящеркой говорил. Вот тогда мысли шальные в голове и закрутились.

— И на примете кто есть? – продолжала допытываться незнакомка-странница.

— О дочке князя пограничного Войлата разузнать хочу.

С интересом непонятным странница на Ивана глянула. Словно сказать, что хотела, да не решилась. Усмешку сдержала. Нет, - снова подумалось Ивану. - Не их стороны девица. Воспитание другое. Совершенно.

— Слышала о девице той, - кивнула в знак согласия. – Не так проста, как кажется, - уверенно продолжала. - Не в тереме глухом с мамками-няньками воспитана. За словом в карман не лезет. Понукать собой не позволит. Мнение свое имеет, высказать не боится.

— Откуда знаешь о ней так хорошо?

С подозрением вопрос прозвучал. О княжне простая смертная в курсе? Где такое видано? В теремах воспитывались барышни благородные. Слухи никакие недопустимы были. Имя честное должно сохраниться, если о браке выгодном помышляется. В противном же случае либо терем до старости ожидается, либо келья монастырская.

— Мы, странники, всё обо всех знаем понемногу, - последовал пространный ответ девицы.

О себе говорила? Или… Ощущение складывалось, что сказать важное что-то пыталась. Или у нее не получалось, или он не понимал. Так, вроде глупым не был. Ум мужицкий. На лету схватывать, вроде как должен.

— Может, знаешь тогда, куда девица исчезла? – спросил осторожно.

— А это неведомо княжич, никому, - выдала, паузу буквально мгновенную, даже не секундную, выдержав. - Одно точно все знают, по земле ходит, в мир иной не ушла. А где и что знать не знают, ведать не ведают. Может, Войлат что знает, да не говорит.

Дочь его. Знать бы должен. С другой стороны, почему за дочерью, как весть об исчезновении пришла, дружину не снарядил? Кровиночка ведь родная. Нет никого более. Сыном, так уж сложилось, не обзавелся. По крайней мере, не слышно о том никогда ничего не было. Странное княжество…

— И сколько лет той девице?

— Девятнадцатый шел, когда в земли чужие отправлена была, - пожимая, вот уж истинно женская манера, плечами, обронила незнакомка-странница. - Против воли, на сколько знаю. А там и исчезла, не доехала до жениха, - продолжала, спокойно добавив, - До серьезного не дошло.

Не совсем понял Иван последних слов.

— До серьезного? – переспросил.

— До помолвки, - пояснила девица. - До брака. Случилось что-то. И о женихе, главное, неизвестно ничего совершенно. Странная ситуация. Путанная. Скрывается что-то не иначе. Самим же отцом княжны.

Скрывается, не спорил здесь. Вопрос только, что? Бить бы в колокола должен, если с дочерью беда какая приключилась. С другой же стороны… Кто его знает, каково там отношение к девицам вообще. Княжество странное, от чужих глаз практически закрытое.

— Кто мужем был должен стать?

— Нечисть, нежить.

Оговорилась, не иначе, девица. Все законы природы нарушены. Не может князь-человек дочь родную…

— Нежить? – переспросил княжич. – Так человек не может с той, как с себе подобным, быть. Против это законов земных. Как осмелились?

Хотя, почему нет? Ежели самодур какой отец… Такому никакие законы природы не писаны. По собственному желанию поступают. А таких по белу свету ой как много на самом-то деле…

— А как князь Федор осмеливается девиц без вины виноватыми делать, в подвалы бросать? – поинтересовалась незнакомка, вслед за Иванов из подвалов выходя.