Книга Яга и хрустальная гора, страница 21 – Ника Верон

И тут… Коня остановив, поводья натянув, в недоумении замер княжич. Девица. В лесу глухом. Что делает здесь? Не иначе…

— Ты, кто? – оторопело уставился на прекрасную деву Иван, явно не ожидая такую встретить в глухом лесу.

— Несчастье, ни для кого не ставшее счастьем, - прозвучал странный ответ. – А кто ты, добрый молодец? – спросила в ответ, в нерешительности остановившись за оврагом. Как переходить собиралась, не представлял. Глубок тот. И в длину – конца-края не видать.

— Иван, сын княжеский, батюшку Федором величать, матушку – Ефросиньей, - ответил, с интересом девицу разглядывая.

Красоты подобной видеть не доводилось. Кожа солнышком хоть и тронута, ни как у барышни белая, а всё заметно – нежная. Румянец на щечках, а от внимания к себе так вообще зарделась. Волосы русые в косу тугую заплетены. Ниже пояса та. Лента в волосах – одна. Не сосватана, выходит незнакомка. Да и за кого здесь сосватанной-то быть? За Лешим если только.

— А делаешь что в наших краях глухих? – тихо спросила, взгляда не отводя.

Не из робкого десятка девица. Не стесняется открыто смотреть. Или воспитана иначе, чем в землях его родителей девиц воспитывают? Из чьего роду-племени? И в лесу глухом – откуда?

— Жену себе ищу, - выдал Иван, не раздумывая, любоваться незнакомкой продолжая.

Личиком милая, вроде, а вот взгляд… Взгляд, прожигающий насквозь. Словно ведьма, до нутра достать пытается.

— Жену? – переспросила девица в недоумении. – Это в наших-то болотах и лесу дремучем? – усмехнулась вызывающе. Вот еще новость. Скромность где? – мысль мелькнула. - Здесь если только Кикимору найдешь или жабу зеленую.

— А Кикимора женой стать не может?

Ответ озадачил незнакомку. Долго смотрела на гостя для сих мест непривычного. Всё ли у того с головой в порядке, понять пытаясь. За многие года первый такой тут выискался, до слов охочий, любопытство свое и намерения не скрывающий.

— А ты, Иван, осторожнее со словами-то, - произнесла, усмешки чуть ироничной, непонятной для того, не скрывая. – Сбываться они свойство имеют, в здешних местах будучи произнесенными.

— Уж не ты ли одна из Кикимор?

Неосторожный вопрос. Для девицы оскорбление. С живностью болотной сравнить, это так себе воспитание. Даже если не красавица писаная. С другой стороны… На удивление спокойно отреагировала.

— А похожа? – задала встречный вопрос и… рассмеялась.

Задорно. Так девчата незамужние веселятся на игрищах зимних, да, когда лето провожают, после, как урожай убран.

— На княжну ты похожа, - выдал совершенно неожиданно Иван. – Только, что в глуши лесной делаешь, непонятно.

Вот, что верно, то верно. Юным барышням в тереме самое место. Если только не деревенская какая, по ягоды в лес пошла, да заплутала. Так платье уж больно расписное для девки деревенской.

— Гулять сюда хаживаю, - прозвучало в ответ. – Никого никогда не встречала. А сегодня вот ты откуда-то появился. Как гриб поздний осенний. Откуда и для чего, непонятно. Возвращайся-ка туда, откуда пришел. Не ждут тебя здесь.

Вот даже как, - подумалось. Не рады, это уж точно. Странность на странности. Только отступать даже в данном случае не собирался. Раз шастает по лесу девка, значит, есть где-то поблизости и другая живая душа. Не может далече уйти. Дома хватятся. Да и сама, не сомневался, побоится.