Книга Яга и хрустальная гора, страница 22 – Ника Верон

— Не подскажешь, краса ясная, в какую сторону ехать следует? – вслух спросил. - Где люди живые есть?

Не сразу ответила красавица. Голову склонив, не без интереса на него посмотрела. Ощущение закралось, что впервые человека видит живого. Как на диковинное существо, смотрит. Даже невольно поежился от её взгляда Иван.

— А тебе для чего? – спросила, наконец.

— Несколько дней и ночей без сна и отдыха в пути, - вот тут не лгал. - Головой бы коснуться подушки, телом перины.

Усмехнулась снова девица. Что забавляло в словах его, понять не мог. Или не так говорил что-то? Так, что?

— Нет здесь палат княжеских, замков-дворцов королевских, - вновь заговорила незнакомка. - Нечисть только если на постой пустит. Так спать у той опасно. Уснув не проснуться можно.

Предупреждала, о чем? Или на стойкость и смелость проверяла? Так негоже девице мужчину испытывать.

— Неужто ни один живой человек не бывал ни разу в этих местах?

Вот не верилось Ивану, что первым в данный лес пожаловал.

Задумалась девица. Тень улыбки довольно странной красивых губ коснулась.

— Отчего ж не бывал? - переспросила, плечиками пожав. - Бывал. Да только последний уж и не помню, когда. Нечисть здесь правит балом. С ней договариваться надо, когда тропами-дорожками лесными идешь. Не любит она напыщенных и высокомерных.

— Все о нечисти говорят, а не видел ни разу. - признался Иван, на девицу задумчиво глядя. - Говоришь, человека давно в этих местах не было? – продолжал, коня под уздцы удержать стараясь. Разнервничался что-то тот уж слишком. - А сама-то, кто коли не человек.

Вновь удаляться начав, обернулась девица резко. Взгляд на него бросила с недобрым прищуром. Как и не человек вовсе. Зверь дикий так на жертву свою смотрит. Или… действительно - нечисть.

— А ты в этих краях, мил человек, с осторожностью верь всему, что видишь, - выдала вслух. - Коли доберешься до места, будет тебе ночлег и стол с угощениями. Только ухо там как зверь дикий, востро держи. Послушаешь меня, услышишь, жить будешь. Живым из этих мест уйдешь. Нет… Не свидимся более.

Сказала девица и словно поплыла, а не пошла в глубь чащи лесной.

Буквально тут же кроны деревьев зашелестели с шумом. Стволы опасно гнуться начали. Птичий гомон поднялся и стих резко. Только мой ветра да волков разносился.

С трудом конь на ногах держался. Ураган настоящий поднялся. Гул… Чернота, словно вот-вот дождь полить должен.

— Держись, княжич, крепче, сквозь силы чёрные пробираться будем, - выдал гнедой с места вперёд рванув, ров широкий и глубокий с видимой лёгкостью перемахивая.

Над землёй, как та девица, не шёл, а парил. Копыта лишь слегка касались земли, выбивая ту из-под себя.

Крепко держался Иван, во все глаза смотря, дорогу пытаясь запомнить. Да только какое там. Темнота кругом. Шум гул, от которого в ушах закладывает.

А затем стихло всё резко. Даже солнца лучи попытались пробиться к земле сквозь густые кроны вековых деревьев. И впереди тропа открылась к солнечной поляне. А на поляне той…

Выехал Иван на поляну. Прямо посреди тёмного леса. Солнцем залита. А на поляне той избушка… На курьих ножках.

Обошёл со всех сторон Иван, с коня спрыгнув, строение странное. Как забираться в ту, понятия не имел. Ни лестниц тебе, ни верёвок. В шоке… Не то слово. К кому с вопросом обратиться, тоже неясно.