Книга От винта, господин дракон!, страница 45 – Елена Владимировна Добрынина

— Стоп, — он выставил ладони вперед и подошел ближе, странно на меня поглядывая. — А, понял, но ты напрасно переживаешь: случись что, твой проект просто …

— Я за вас волновалась, — прервала я его.

— За меня? — Экхарт выглядел озадаченным, будто такая простая мысль для него оказалась в новинку. — Кхм… да тоже зря, в общем-то. Вот он я — жив, здоров. Устал только как собака и домой заскочить не успел. Так что нечего тут прохлаждаться и занятия прогуливать по неуважительной причине, — попенял он мне ехидно.

И это меня сразу успокоило. Но я была бы не я, если бы ушла так просто.

— Вот смотрите, — передала я ему журнал. — Тут о вас написано.

И указала на заинтересовавший меня рецепт очень своеобразного блюда под названием «Горячее мороженое» — там предлагалось обложить мороженое печеньем и в таком виде его запечь.

Дагон изучил страницу — и неожиданно расхохотался — весело и совершенно по-мальчишески.

— Умеешь ты, Ли, одновременно и приласкать, и приложить, — высказался он чуть позже, потирая пальцами переносицу, а потом посмотрел, как он умеет, эдак с хитринкой.

— Я тебе потом покажу сравнение получше, — пообещал он многозначительно, вызвав своим хрипловатым баритоном и золотистыми бликами в глубине прозрачных глаз целое стадо дрейфующих по спине мурашек, — напомни только.

Я, как зачарованная, стояла еще какое-то время, вглядываясь в эту игру света, на мгновение мне даже почудились в радужках цвета нежного весеннего неба язычки странного, прозрачно-золотого пламени, и я подалась ближе, чтобы лучше их рассмотреть. Экхарт нахмурился, а потом и вовсе сжал переносицу пальцами, коротко, резко тряхнул головой, будто желая прогнать усталость или наваждение, и подошел к двери, намекая, на то, что мне уже пора.

Я спохватилась, попрощалась немного скомкано и поспешила в приемную и дальше, на выход. И когда уже почти вышла в коридор, вдруг услышала, как дагон шутливо поинтересовался у секретарши

— Как вы думаете, Оливия, что лучше: горячее мороженое или холодное жаркое?

Я не выдержала и рассмеялась в голос. Настроение скакнуло почти до самого неба. Стоило, наверное, подумать, почему… но думать не хотелось совершенно.

* * *

Эта неделя ознаменовалась тем, что мы с летным клубом знатно оскандалились и снова засветились на страницах «Вестника Халявы».

Поначалу подобный исход ничего не предвещало. Мы просто занимались своими делами. А дел этих было столько, что я кругом ничего не успевала.

Мы начали тесно работать с магистром Грантом. И если поначалу он, с тоской посматривая на чертежи разных двигателей, качал головой и в своей неповторимой манере объяснял нам, почему у нас ничего не получится, то после первого же дня совместного «ковыряния» в железе, поведение его кардинальным образом изменилось, а мы узнали, что пессимизм может быть очень даже воинствующим.

Работа наша заключалась в том, что мы разбирали имеющиеся у нас в наличии образцы двигателей, изучали на практике из устройство и пытались понемногу модифицировать их в нужную нам сторону. Участвовали в этом действе, помимо меня и Гранта Сойер, Микки, Гвен и еще несколько ребят из клуба. Дело это оказалось непростое, грязное, нервное, хотя и очень интересное. В конце дня выглядели мы как стайка сказочных злобных нечистых духов и вели себя примерно также. Быстро выяснилось, что когда наш меланхоличный куратор увлечен работой, когда в его печальных глазах начинает сверкать благородное безумие, характер его неожиданным образом меняется.