Книга От винта, господин дракон!, страница 42 – Елена Владимировна Добрынина

Но останавливаться на этом он и не подумал.

— Я могу сделать даже так, — пальцы его все так же, не спеша, принялись расстегивать пуговицы сюртука, — если пообещаешь держать себя в руках.

Он явно надо мной насмехался. Я уже и не рада была, что начала это все.

— Приложу все возможные усилия, — пробубнила почти сердито.

Алирийский скинул на свободный стул свой сюртук и слегка закатал рукава. На этом сеанс драконьего разоблачения закончился.

— Я слушаю, — произнес он, закинул ногу на ногу, взял в в руки перо и лист бумаги с подложенной под него тонкой папкой и выжидательно посмотрел на меня.

Только тогда я поняла, что сижу, замерев и едва не дыша — и тут же встряхнулась и, тоже разжившись подобным набором, начала свой странный отчет о проделанной работе.

Ящер то и дело кивал, даже вставлял какие-то замечания, но взгляд его при этом скользил по моему лицу, а потом он делал несколько уверенных штрихов на листе. Я рассказывала и, в свою очередь, разглядывала дракона. В этот раз я решила попробовать на самом деле его нарисовать. Хотя бы лицо.

Я успела нацарапать глаза и брови, все так же, не прекращая своих объяснений. А потом мне пришлось резко замолчать — теплый поток воздуха заплясал вокруг меня, играя с кончиками шарфа, заставляя их слегка развиваться, прошелся по скуле — и по ямке под ней, повторяя ее очертания, по линии подбородка. Когда же он добрался до губ, обдувая их немного щекотно, я не выдержала..

— Экхарт, — спросила, — что вы делаете?

Дагон Алирийский адресовал мне совершенно невинный взгляд.

— Жду, — спокойно ответил он. — Томлюсь неведением и строю догадки: удалось ли вам найти среди всех образцов подходящий…

«Вот зараза»

Я призвала всю свою невозмутимость и продолжила эту странную драконью забаву. Рассказ давался мне нелегко, пристальный взгляд ящера смущал, а странные, почти неуловимые прикосновения воздушных потоков к лицу путали мысли. И не только их.

— … и теперь мы с магистром Грантом будем разбирать эти губы, чтобы решить, можно ли на их основе…

— Губы? — заинтересованно уточнил ящер.

«Хрущ и его хрущата…»

— Губы, — кивнула я, будто так и надо. Сам виноват, нечего отвлекать меня от дела. — Можно вопрос? Личного характера.

Экхарт поднял на меня внимательный взгляд.

— Вы против того, чтобы люди поднимались в небо, но поддержали наш с Джейсоном проект. Почему?

— Считай, что тебе удалось разжечь мое любопытство, — ответил он через некоторое время. — К тому же, предпочитаю возглавлять заварушку, нежели потом с ней бороться. Еще что-нибудь?

— У вас есть дети? — ляпнула я ни с того ни с сего. Вот кто меня просил?

— Есть, — глаза дракона еще больше посветлели, а взгляд стал на диво цепким. — Пятеро взрослых сыновей.

«И целая куча внуков и правнуков», — тут же додумала я, представив картину: сотня крепких крылатых пупсов, сидящих на горшках — и гордый дедушка дракон, парящий в небе над ними. Дедушка… мамочки… А выглядит слегка за тридцать.

— Еще вопросы? — спросил дракон таким тоном, что и ежику стало бы понятно, что лучше бы этих вопросов не было. Но где ежики, а где — мы..

— Люди вам, наверное, совсем глупыми кажутся, — вздохнула я.

— Иногда, — и не подумал скрывать дракон. — Моя очередь, Ли. О чем ты мечтаешь?

— Довести до ума «драконюку», — тут же выпалила я, — в смысле, нашу разработку.